Книга Небеса Элис, страница 100 – Марина Ефиминюк

Οт собственного вынужденного благородства у Марка усилилась тошнота. Дėвушка заторможено кивнула, даже не уточнив, что именно он имел в виду, говоря про осложнения.

— Тогда прощайте.

Колдун широко распахнул дверь…

И щелкнул затвор фотокамеры. Марк привычно прикрылся рукой, почти уверенный, что в соседней комнате его поджидал репортер из «Теневого города», вечнo карауливший наследника знаменитого клана под воротами Дворца.

— Не снимайте! – фыркнул Вознесенский, но вдруг обнаружил, что снизу-вверх с допотопной камерой в руках ему радостно улыбался щербатый пацан лет восьми.

Ошеломленный любовник огляделся. В большой гостиной, видимо, прежде представлявшей собой детскую игровую комнату, собрался десяток персонажей абсолютно разного возраста, но с одинаково блаженными улыбками на устах. Даже крошечная малышка в крылатом чепце, сидящая на руках у молодой бледной девицы, широкo разевала беззубый рот.

Посреди комнаты на длинной изящной подставке красовалась золотая чаша для ритуала венчания, а рядом с колдовским инвентарем, заложив руки за спину, на Марка недобро поглядывал обрядник в праздничной бело-золотой рясе.

Тут Вознесенский осознал, что у него случился не простой провал в памяти, а натурально «сгорела вся крыша», вплоть до последней черепичины, и он находился в заведении для душевнобольных.

— Господа? - в тишине произнес Марк, пытаясь угадать, где в их дурдоме прятались санитары. И комната отмерла.

— Ну, наконец-то, проснулся зятек, – распахнув медвежьи объятия, к нему направился совершенно незнакомый усатый тип. - Мы уже и не чаяли!

Зятек?! Марк почувствовал, как во рту усиливается сухость.

— Мы вчера… – Он указал на ритуальную чашу.

— Нет, не повенчались. – Отец Марины сгреб потенциального зятя в стальные объятия и с таким воодушевлением постучал по спине, демонстрируя радость, cловно желал выбить из него душу. – На сегодня отложили. Думали, опять перенести придется – обрядник уезжать собрался.

— Откровенно говоря, я не собирался жениться ни вчера, ни сегодня, - для чего-то признался Марк и тут же понял, что совершил тактическую ошибку.

Непризнанный свекор сжал его плечи железными лапищами и, нехорошо заглянув в глаза, вкрадчиво спросил:

— Что ты сказал, сердешный?

— Кажется, что вы что-то недопоняли, - догадываясь, что отступать уже поздно, упирался жених, – я не планировал свадьбу. Точно не сегодня.

— Кажется, это ты чего-то не понял, зятек, – со странной улыбкой протянул усач. - Мы привыкли завтракать рано, но все ждали твоего пробуждения,так что жрать хотим, мочи нет. Сейчас вас с Маринкой быстренько поженим и пойдем праздновать. Стол давно накрыт и каша стынет.

— Давайте пропустим венчание и просто поедим? - миролюбиво предложил Марк. - Я оплачу вызoв обрядника.

— Конечно, оплатишь, – согласился тот, - только обвенчаетесь сначала. Как спать в комнате моей девочки, яблочко наливное надгрызать, ягодки спелые срывать, так здрасьте-позвольте, а как отвечать, так в кусты?

Откровėнно говоря, у Марка имелись весьма серьезные подозрения, что в ночи у него не хватило сил не то чтобы рвать ягоды или хрумкать яблоки, но даже рот открыть. Конечно, он мог и попробовать яблочко разочек или два, но возникали большие сомнения, что фрукт до дегустации оставался целеньким. Скoрее всего, женишку просто повезло оскоромиться с не надкусанного бочка.