Книга Драконье счастье, страница 37 – Марина Ефиминюк

— Добро пожаловать, кайрими дракона Йорна, — произнес он неожиданно басовитым голосом. Из толпы вышла высокая девица с караваем на вышитом полотенчике. Увенчивала хлеб крошечная плошка с мелкой солью.

— Еда, — едва слышно пробормотал Фрейз, стоящий от меня по правую руку.

Под внимательными взглядами местных я кое-как отодрала кусочек каравая, окунула в солонку и сунула в рот. Между тем старосте передали ларчик с поднятой крышкой. Дракон что-то принялся говорить, а потом вручил этот самый дар, оказавшийся довольно увесистым.

— Ветра в крылья… Господи боже! — вырвалось у меня на родном языке.

Внутри прятались две деревянные фигурки. Женщина с большим животом, явно намекающим, что статуэтка находилась в интереснейшем положении будущей матери. Не знаю, можно ли это назвать везением, ведь крупную голову увенчивали два ветвистых рога.

Рядом на спине возлежал обнаженный приземистый мужичок в полной готовности к победам. В смысле, его мужское достоинство — именно достоинство, а не разочарование, — пальцем нахально указывало прямо мне в лицо. В самый кончик было вдето колечко с маленьким синим камушком, весело трепетавшим от любого движения.

Внезапно крышка сама собой захлопнулась. Вздрогнув, я словно вышла из транса и широко улыбнулась:

— Очень… красиво.

Какие интересные подарки вручают невестам на острове Фьорет!

— Благослови, кайрими, — прогудел староста и кивнул девице с караваем, чтобы она ко мне приблизилась. У той немедленно забрали подношения, Оттави освободил меня от ларца, и я быстренько вручила девушке монетку.

— Благословляю, — произнесла на эсхире.

— Разреши? — спросила она и подержалась за мое плечо.

Внезапно на ритуал выстроилась очередь из молодых девиц. Монетки их мало интересовали, зато потрогать меня они не забывали.

— Что это? — тихонечко обратилась я к Оттави, когда в рядах благословляемых вдруг случилась заминка.

— Хотят выйти замуж за кейрима.

— За моего?

— Твой занят, — флегматично отозвался страж.

Пока искали обделенных благословением девиц, ко мне из толпы выбралась старушка с платочком на голове, подвязанным под острым подбородком. Она опиралась на клюку, но шагала бодро и смотрела пристально. На секунду я напряглась, внезапно припомнив все старые сказки, где в конце действа обязательно появлялась местная юродивая и предрекала что-нибудь недоброе. А предсказание непременно сбывалось!

Она встала прямо передо мной и указала клюкой.

— Кайрими.

— Я!

Старушка ласково улыбнулась и принялась говорить. Беспрестанно кивая в каждой паузе, я покосилась сначала на Оттави, потом на Фрейза. Приятели-охранники никак не хотели подсказать дружеским подмигиванием, не проклинают ли меня на долгую и несчастную семейную жизнь.

— Благослови, кайрими, — наконец договорила «прорицательница» и ласково погладила меня по плечу…

— Бабулечка, и ты туда же, — пробормотала я на валлейском и доброжелательно кивнула: — Благословляю.

Она протянула морщинистую ладошку с узловатыми пальцами. С мягкой улыбкой я вложила монетку. Старушка подняла брови, намекая, что ее пламенную речь оценили мелковато. Пришлось добавить еще один золотой. Возникла многозначительная пауза. Бабулька стрельнула глазами на кошель. Вообще, мне чужих денег было не жалко, и я увеличила размер благодарности на пару монет. На этом разошлись. Бабулька довольная наградой, я — в стойком ощущении, что переплатила.