Книга Утро начинается с... любви, страница 28 – Наталия Романова, Ксюша Литт

Я ему про связь между молекулярной структурой химических компонентов живого и их биологической функцией, а он улыбается. Искренне так, будто правда интересно. А может, правда интересно, потому что это действительно классная тема для разговора.

И потому что я сама в глазах Андрея – классная.

Я так отчаянно давно не чувствовала себя интересной в глазах мужчины, что купалась в этом чувстве, как в тёплых морских водах, покачиваясь и откровенно наслаждаясь.

В голову лезли совсем уж смелые мечты.

Как этим летом мы поедем в Пизу, будем любоваться знаменитой на весь мир Падающей башней, Пизанским собором, Баптистерий и дворцом Кавальери. Есть на ужин тальяте, запивая… пусть Бароло. Или Кьянти. В алкоголе я не понимала ничего, помимо сегодняшнего вина, из дорогих пробовала Просекко – Настя угощала на свой день рождения, – так что, в мечтах я попивала маленькими глотками Бароло, сидя в ресторанчике в историческом центре города, в атмосферном полумраке, рядом с самый потрясающим мужчиной в мире.

И вовсе не потому, что мы приехали в Италию, а потому что он хорош сам по себе.

А ещё – эта мысль пришла, когда сознание то и дело ныряло в сон, но упрямо выбиралось, не желая прерывать полёт фантазии, сладкой, как маршмеллоу, – о наших будущих детях.

Мечтать, так смело мечтать. Отчаянно. Правильно?

Обязательно двое, можно и трое, но двое – обязательно.

Мальчик и девочка. Похожие на него.

Кареглазый мальчишка, такой же живой и разносторонний, каким был Андрей в детстве (он рассказывал о своём детстве) и девочка. Девочка с тёмными глазами и густыми волосами. Прекрасно ведь.

И вообще, учитывая мой скандинавский тип внешности, скорей всего гены мужа победят.

Мужа, да…

А если мужа, то после ресторанчика мы отправимся в номер, и там… там случится.

Всё случится. Всё то, о чём мечтать после первого свидания как-то неприлично, что ли.

Но я мечтала и представляла. Ведь я живая, и у меня давно никого не было, и даже когда был, похвастаться удовлетворением не получалось. Скорее уж чувством, что об меня мастурбируют, будто я относительно неплохая замена резиновой женщины с функционалом домработницы и ушами, в которые можно бесконечно ныть и жаловаться на несправедливость бытия.

Андрей вряд ли будет жаловаться и мастурбировать об меня…

Он станет меня любить, а я его. И наши дети будут любить нас, а мы – их.

Вот в таких, абсолютно нелогичных, скорей всего деструктивных, потому что несбыточных, мыслях, я провела ночь. Болталась между тяжёлым сном и явью, где кружилась в мечтаниях, как Золушка под «Вальс цветов» Чайковского.

Ла-ла-ла-ла-лала… ла-ла-ла-ла-лала… Ла-ла-ла-ла-лала…

Под утро всё-таки провалилась в сон. Проснулась с огромным трудом, хорошо, что поставила целую батарею будильников. Иначе бы точно опоздала на работу, Лена не преминула бы доложить начальству.

Уволить, конечно, не уволят, премии лишат запросто. У меня же в планах на каникулы начать ремонт. Давно пора, и годовая премия точно будет не лишней.

Утром смелые мысли о замужестве, Пизе и двух детишках испарились. Не исчезли совсем, но здравый смысл победил. Мы совсем мало знакомы с Андреем. Неизвестно, как сложится наше общение, сложится ли, так что не стоило так уж откровенно и по-дурацки необоснованно мечтать.

Прыгать на тех же граблях, что и с Никитой, совсем необязательно.