Книга Что-то на французском, страница 41 – Татьяна Грачева

— Точно, она. Одна из моих любимых.

Телефон тренькнул входящим сообщением. Всплыло окошко с именем «Тоня». Ильяс не стал при посторонних читать переписку, смахнул сообщение, закрывающее плейлист. Валя успела увидеть и прочитала вслух:

— Тоня?

— Знакомая, — пояснил Ильяс и добавил: — Из тренажёрного

Валя отклонилась, оглядела Ильяса с ног до головы.

— Знакомая? Из тренажёрного?

Снова замолчали, продолжили слушать музыку. Ильяс поглядывал в сторону Риши над рыжей макушкой Вали и не пытался вернуть наушник или вступить в беседу. Риша смотрела на него изучающе и немного задумчиво. Несколько раз её окликнули, она отреагировала с запозданием.

Дослушав трек до конца, Ильяс забрал наушник и снова накинул капюшон.

— Мне пора.

— До завтра, — кликнула вдогонку Валя.

Он уходил в сторону площади, не сутулясь и не оглядываясь, впервые совершенно точно зная, что Риша смотрит ему вслед. Удивительно, папа оказался прав: ревность — острая специя, к дружбе её не подают.

Сообщение от Тони он открыл уже дома. Она прислала мем. На картинке был изображён волк с перекошенным носом, изрекающий мудрость: «Жизнь такова какова и больше никакова». Ильяс покопался в галерее и нашёл заготовленный мем про шампунь, который не щиплет глазки только детям. А для взрослых такого не придумали. «А потому что вырос. Тебя больше не жалко. Скажи спасибо, что тебе вообще есть чем мыть свою пустую башку. Мой и плачь, мой и плачь».

Ответ пришёл не сразу. Тоня отправила десяток смеющихся смайлов. Ещё один мем он отправил поздно ночью, рассчитывая на утреннюю подзарядку.

Утро Ильяса началось со смеха Тони. Ролик про последнюю нервную клетку в виде орущего подсолнуха, которого треплет штормовой ветер, ей однозначно понравился.

В комнату заглянул папа:

— Вставай, пора позавтракать.

Собирались не в спешке, почти все вещи сложили накануне, осталось положить перекус в дорогу и заварить чай. Базу отдыха выбрали в чате голосованием. Сайт «Ивовой рощи» обещал подогреваемые бассейны, прогулки на лодках и завтрак в кафе. На ужин планировался шашлык на мангале, ответственным за мясо и шампуры назначили Данила. Будущий шашлык мариновал Олег накануне вечером и приговаривал:

— Замариную вам так, что пальчики оближете. Свинина — это банально. Вот мясо песочной акулы или арктического лангуста было бы лучше. Но придётся довольствоваться антрекотами. Что поделать, вы люди без фантазии и вкуса.

Ильяс рассчитывал поговорить с Ришей в неформальной обстановке, мечтал увидеть её в купальнике и под предлогом дуракаваляния в бассейне пощупать или приобнять.

Великолепные планы рухнули, едва они сели в автобус. Риши в салоне не было. Солнечный день тут же помрачнел и пузырящееся предвкушение сменилось разочарованием. В пути не удалось узнать, почему Риша не поехала. Её подружки сели далеко, а Витька не знал причины. Ильяс тут же начал себя уговаривать, что она приедет позже, возможно, её привезёт отец на машине, ещё рано падать духом.

До «Ивовой рощи» ехали чуть больше часа. Татьяна Игоревна села впереди и всю дорогу делала вид, что не слышит криков, мата и шелеста чипсовых упаковок. Её старательно отвлекала Элеонора Артемьевна. Ильяс занял одно из самых дальних кресел, рядом сел Витька и сразу же начал сыпать вариантами попойки втайне от взрослых. Судя по всему, на приличный отдых рассчитывали только представители родкомитета. Ильяс держал лицо, хотя ни тёплый бассейн, ни шашлыки не могли сгладить отсутствия Риши.