Книга Прайс на тело, страница 24 – Виктория Авантюрин

Амелия не стала затягивать.

— Перейдём к делу, — сказала она сдержанно, словно боялась сорваться в мольбу.

Анжела кивнула, не отрывая взгляда.

— Ну так рассказывай. Зачем меня искала? Что конкретно тебе нужно?

— Тебя мне посоветовала Юля, — быстро начала Амелия. — Сказала, ты вышла из эскорта. Я… Я тоже хочу. Уйти. Совсем. Не просто сменить псевдоним, а полностью вычеркнуть эту часть жизни.

Анжела молчала несколько секунд. Потом медленно выдохнула и откинулась на спинку стула.

— Ты хоть понимаешь, через что тебе придётся пройти?

— Я понимаю…

— Нет, ты не понимаешь, — перебила её Анжела. — У нас девчонки просто так не выходят. Никто не уходит по-тихому. Кто-то оказывается в морге. Кто-то исчезает бесследно — их просто не находят. Единицы вырываются. И даже среди этих единиц — почти никто не остаётся собой. Они либо в мясо превращаются, либо становятся пустыми оболочками. Ни тела, ни души.

— Но ты же как-то вышла, — Амелия смотрела ей прямо в глаза. — Подскажи, как. Я не прошу халявы, просто… хоть какой-то путь.

Анжела улыбнулась, сухо, без искренности.

— Я расплатилась. Вот и весь путь. Каждая платила. Я — тоже. Только расплата была не деньгами, не свободой.

Она замолчала, затем медленно, без эмоций, приподняла кофту. Амелия невольно задержала дыхание.

На животе у Анжелы шёл грубый, неровный шрам — старый, будто вырезанный в спешке и без жалости. Он тянулся от подреберья вниз, как молчаливое свидетельство боли.

— Это я сделала сама. Прямо в кабинете у Луизы. Когда поняла, что иного выхода не будет.

Амелия побледнела. Она не могла отвести глаз от этого шрама. Ей казалось, что он пульсирует болью даже спустя время.

— Ты думаешь, я вышла, потому что меня пожалели? — Анжела опустила кофту и посмотрела на неё. — Да, снаружи моё лицо — товар не испорчен. Но внутри… всё давно испорчено. Просто не всем дано это увидеть.

Амелия молчала. Пульс бился в висках. Она поняла — выход есть. Но цена может быть такой, что жизнь после него уже не будет прежней.

— А как другие выходят? — Амелия наконец осмелилась задать вопрос, который крутился в голове с самого начала разговора. — Ну... ты же не единственная, кто пытался?

Паша налил себе второй бокал, но так и не притронулся к первому. На лице — не просто злость, а гремучая смесь боли, ревности и стыда. Он всё ещё слышал, как она бросила через плечо: «Ты не можешь меня купить». Где-то внутри всё скреблось — желание доказать ей, что он не такой. Но и обида жгла. Он хотел её выкинуть из головы, стереть, как дурацкое сообщение. Но не получалось. Чёртова Амелька. Эта девчонка поселилась у него под кожей.

— Погнали пожрём, — предложил его друг, отвлекая. — Хочу чего-то тёплого и жирного. Ты тоже, гляжу, весь на грани.

Они зашли в ресторан, где когда-то в последний раз вместе ели с отцом. С того самого вечера, после которого остался лишь гроб и суд. Паша остановился у стойки, оглянулся по залу — и наткнулся на взгляд. Девушка-официантка. Он заметил, как она вздрогнула. Поставила бокалы и замерла.

— Всё в порядке? — насторожился он.

— Простите... — она чуть подалась вперёд. — У вас... лицо знакомое. Простите, но вы не... вы не тот мужчина, которого... убили?

Паша не сразу понял. Потом сердце резко ударило — как будто кто-то сжал его изнутри.