Книга Помощь нужна, Снегурочка?, страница 7 – Инна Инфинити

Сложно все. От этих мыслей меня охватывает тоска. Настроение катится к отрицательной отметке. Я прокричала Андрею в трубку, что мы расстаемся. Сгоряча, конечно. На эмоциях. А с другой стороны, может, правильно сказала? Может, пора поставить точку в отношениях, которые стали токсичными и больше не приносят радости? И начать с Нового года новую жизнь без Андрея?

— Кто-то умер? — раздается сбоку грубоватый бас.

Вздрагиваю. Игнат принес большую тарелку с мандаринами и ставит ее на стол.

— С чего ты взял?

— У тебя такое лицо, как будто кто-то умер.

— Да. Любовь умерла! — гаркаю.

— Любовь — это человек или чувство?

Молчу.

— Чувство, — догадывается. — Рассталась с парнем?

Он ясновидящий, что ли?

— Типа того, — буркаю и ухожу на кухню за тарелками.

У Игната красивая дорогая посуда. Да вообще все в этом доме, что попадается на глаза, — красивое и дорогое. Ремонт сделан со вкусом, сразу видно — работал профессиональный дизайнер. Игнат сказал, он айтишник? Ну да, айтишники хорошо получают. Не то что я — студентка, подрабатывающая продавцом-консультантом в магазине одежды.

Когда возвращаюсь в гостиную, Игната нет. Ставлю на стол две тарелки: одну для себя, вторую для него. Следом выкладываю на салфетку приборы. Стол получился красивый, блюд много, и не скажешь, что все покупные. Одно интересно — почему Игнат поехал в супермаркет за готовой кулинарией всего за несколько часов до Нового года? Как будто вовсе не собирался отмечать, а в последний момент передумал.

Слышу шаги со стороны лестницы и поворачиваю голову на звук. Игнат спускается со второго этажа. Он переоделся из свитера с высоким горлом в белую рубашку. Светлый цвет ему идет. Под тонкой хлопковой тканью лучше угадывается его тело — крепкий спортивный торс. Да, если побрить и подстричь его, то точно можно будет назвать симпатичным.

— Мне приятно, что ты так смотришь на меня.

Я аж подпрыгиваю на месте словно ужаленная. Вот же блин, я действительно засмотрелась на него!

— Так — это как?

— Как будто я тебе понравился.

У меня челюсть отвисает от возмущения.

— Да как тебе вообще пришло в голову, что ты мог мне понравиться!? — выпаливаю, придя в себя от шока.

Я бы еще добавила, что небритые, нестриженые мужчины с дурацким чувством юмора не в моем вкусе, но не хочу сильно обижать Игната. Как-никак он спас меня от холодной смерти.

— Я догадливый.

Чувствую, как меня густо заливает краской. Я ведь действительно пялилась на его тело. Под белой рубашкой перекатываются бицепсы, и от этого было не оторвать глаз.

Но когда Игнат начинает смеяться, понимаю, что это была очередная идиотская шутка от него. Фыркнув, сажусь за стол. Игнат опускается на стул напротив меня. Полдвенадцатого, пора начинать. Я ужасно голодна, поэтому без малейшего стеснения накладываю полную тарелку еды и принимаюсь уплетать.

Игнат бросается в меня взглядами. Игнорирую их. И мне все равно, как я выгляжу со стороны. Я хочу есть.

— Да не бойся ты, никто не отберет у тебя тарелку.

— Я даже не сомневалась, что ты обязательно прокомментируешь, как я ем, — говорю, прожевав и проглотив. — Спасибо, вкусно. Ты прям как чувствовал, что будешь встречать Новый год со мной. Купил все то, что я люблю, — накалываю на вилку еще один голубец и перекладываю к себе в тарелку.