Книга Измена. Вернуть жену, страница 129 – Анна Гур

— Дети. - выдает коротко и улыбается. - Я очень хочу дочку, чтобы на тебя была похожа, ну и пацана тоже.. потом... конечно, когда ты будешь готова. когда захочешь.

Не успеваю ничего ответить. слышу страшный крик, и в комнату влетает рыжий комок шерсти, а за ним топот ног.

Смотрю на своего кошака, который держит в зубах добычу — сырокопченую колбаску.

— Простите... простите... - у входа в спальню, не решаясь войти, стоит толстая повариха.

— Рыжик, ты чего?! Наглая ты морда.

Мой котяра гордо заявляет «мявк» и высокомерно отворачивается попцом к женщине, начинает разделываться с добычей прямо на постели, посматривая на меня своими наглыми яркими глазами.

— Все хорошо, свободны, - отвечает Игнат, и, стоит двери закрыться, как мы взрываемся смехом.

— Бойкий у тебя котяра. однако, - выдыхает Игнат и тянет руку, чтобы погладить рыжую наглую морду, ноя его руку перехватываю.

— Не трогая Рыжика, когда ест, отцапает полруки.

— Понял.

Игнат приподнимает руки в жесте «сдаюсь».

Наблюдаю за своим толстым котом, который явно успел отъесть себе животик. Так странно. Взяла его на время, а оказалось, что на всегда.

— Игнат.

— Ммм?

Целует меня в висок, рук от меня не отпускает.

— Ты сказал однажды, что от деда письмо получил, поэтому вернулся.

— Ну.. не только поэтому. Рано или поздно я бы сорвался и пришел бы, потому что не забывал.

— Я бы хотела прочесть письмо.. Ты не будешь против?

— Не буду. Ты уверена, что хочешь этого?

— Да. Больше никаких тайн, помнишь? — приподнимаю бровь и всматриваюсь в глубокие глаза мужчины, который молча кивает, встает с постели, а я вновь не удерживаюсь и любуюсь

Юсуповым, его физической силой и грацией.

Муж уходит, а я остаюсь с котейкой.

— Наглая ты морда, воруешь, да? — спрашиваю у своего рыжика и чешу его спину.

Котик урчит и вопрос игнорирует.

— Больше в кровать не неси колбасу, воняет, - выговариваю котяре и встаю. Голова неожиданно кружится, и меня от резкого запаха тошнить начинает.

Мчусь в ванную и едва успеваю добежать до туалета, как меня выворачивает.

Умываюсь, полощу рот. Списываю все на нервы.

Принимаю наспех душ и заворачиваюсь в халат. Выхожу из ванной, встречаюсь взглядом с

Игнатом.

— Я оставлю тебя с письмом наедине, - говорит серьезно, и я киваю, - буду ждать тебя в беседке, сегодня забил на дела, побудем вместе.

Игнат разворачивается и выходит, а я..я вдруг понимаю, что Юсупов нервничает.

Подхожу к круглому столику, на котором Игнат оставил распечатанный конверт, заглядываю внутрь и достаю сложенный вдвое листок. Разворачиваю и удивляюсь каллиграфичному и четкому почерку деда Игната.

Все же почерк о многом говорит, и здесь я вижу красивые, ровные строчки, замысловатые крючки и линии.

Вспоминаю импозантного мужчину в белой шляпе, которого впервые увидела в ресторане.

Альберт Генрихович всегда отличался. Он будто вышел из другой реальности. оттуда, где существовали галантные кавалеры и степенные дамы.

Мне этот мужчина понравился с первого же взгляда. Что-то теплое проскользнуло в его глазах, когда он обратился ко мне «деточка»...

Так меня мой дедушка называл в детстве.

Это обращение сразу же навеяло домом и родными людьми.

Так странно, но и так бывает, что абсолютно посторонний человек вот так сразу же располагает к себе. И всегда я вспоминаю этого седовласого старца с улыбкой.