Книга Развод с прошлым, страница 95 – Марина Безрукова

— Мама, что случилось? — я впилась пальцами в дверной косяк, словно готова была рухнуть от переживаний.

Свекровь сидела на диване, комкая в руках платок. В комнате был беспорядок — стулья сдвинуты, подушки сброшены на пол, ковер сбился и пошел волнами.

— Лаурочка, — протянула она ко мне худые руки. — Хорошо, что ты приехала.

— Не волнуйтесь, мама. Я здесь. Я помогу. Сейчас поедем.

Я обняла ее за плечи, прижала к себе, поглаживая по спине круговыми движениями. Поймала в темном экране телевизора свое отражение — идеальная невестка, идеальная жена.

Пока свекровь приводила себя в порядок, заварила чай и заставила выпить. А сама тем временем, собирала вещи — зубная щетка, пижама, тапочки и другие мелочи.

Увидев меня с пакетом, свекровь опять расплакалась.

— Ох, Лаурочка, а вдруг уже не понадобится…

— Ну что вы, мама, папа у нас крепкий. Даже не думайте о плохом.

Выставив навигатор, тронулась с места. Тамара с безучастным видом смотрела в окно, лишь изредка сжимая крепко ладошки. Тонкая, почти прозрачная кожа натянулась, обнажив чуть выступающие вены.

— Как это произошло? — осторожно спросила я. — Папа ведь принимает все лекарства и совсем недавно был у врача.

— Поругались они с Айдаром, — помолчав, ответила свекровь. — Камиль кричал…

— Ох, не надо было! — притворно вскрикнула я. — Зачем же он?

— Айдар сразу уехал, я чай заварила с мятой, всё успокаивала Камиля. А минут через пятнадцать слышу стонет, забежала в комнату, а он за голову держится и шатает его. Потом упал… — свекровь тихо всхлипнула и приложила поочередно к глазам платок.

— Всё хорошо будет, мама. Не плачьте.

Протянув руку, я пожала худенькое запястье. В больничном фойе свекровь совсем растерялась. Я увела ее в дальний угол, чтобы никто не побеспокоил, и усадила в пластиковое синее кресло.

— Посидите, я узнаю, как папа.

Обходя посетителей, направилась к справочному окну.

— Пропустите, пожалуйста, — попыталась пройти я перед женщиной, стоящей первой. — Мне срочно.

— Нам всем срочно, — возразила она и не сдвинулась с места.

— Эй, дамочка, тут вообще-то очередь!

Я резко обернулась. Дамочка? Это что за отребье позволяет себе фамильярничать?

У стены, скрестив на груди руки, стоял неприятный бородач в дешевой куртке и не первой свежести джинсах.

— Мой свёкор в реанимации, — произнесла я, смерив нахала ледяным взглядом.

— А моя дочь в хирургии, — тут же парировала женщина и ухватилась за столик перед окошечком, словно побоялась, что я ее оттащу.

Очередь напряженно молчала, глазея на нашу перепалку, и шло от нее что-то такое… нехорошее, от чего лицу становилось жарко. Я медленно повернулась и, чеканя шаг, направилась в конец. Бородатый тип усмехнулся и удовлетворенно и снова привалился к стене.

«Боже, какое убожество, — думала я, стараясь держаться от него подальше. — Хоть бы постирал свою одежонку. И тетка эта в дешевых сапогах и трикотажной кофте, небось, вечером волосы на бигуди крутит, а утром ляпает на лицо крем какой-нибудь «Чистой Линии» или что там у них принято за три копейки и бежит, выпучив глаза, на автобус.

Очередь двигалась на удивление быстро, но на всякий случай я старалась сохранять дистанцию и пореже дышать. Мало того от людишек воняет, так еще и откуда-то несет то ли тушеной капустой, то ли минтаем.