Книга Будешь моим, страница 28 – Дарья Беженарь

— Да понятно же, что бабки просто хочет выиграть. Может, сегодня и зафиналит эту историю. Выиграет, и мы тоже, — отвечает женский голос.

Внутри меня всё холодеет.

— А ты ставила на неё? — спрашивает другой женский голос.

— Я — да.

— А я на него. Но чувствую, что проиграю. Он так пялится на неё… По ходу, всё-таки уже запал, и до признаний недалеко.

Стою оглушённый, будто мешком с дерьмом по голове ебанули.

Открываю резко дверь. Вся компашка испуганно пялится на меня. Среди них нет её подруг и тех двух чуваков, что были на входе. Это другие. Хватаю пацана за грудки, впечатываю в стену.

— А теперь подробнее. Что за история? Причём тут я? И ставки?

Пацан с обосравшимся выражением лица молчит.

— Быстрее! — ещё раз впечатываю его в стену.

Дрожащими руками он лезет себе в карман, достаёт телефон, открывает какой-то ебучий чат. Читаю, листаю вверх. В самом начале — скрины из какого-то другого чата. Где Малика и две её подружки делают ставки на то, что я ей признаюсь в любви. А дальше уже переписка в чате побольше. И там тоже ставки: кто-то ставит на меня, кто-то — на неё. Это чат их класса?

Как же это отвратно — будто попал в голимую подростковую американскую мелодраму. Где чуваки спорят на девчонку… Только девчонка, на которую поспорили, в этой истории — я?

Зачем она это сделала? За что так со мной? — к горлу подкатывает тошнота.

— Малика и её подруги несколько лет подряд делали ставки на парней, — говорит пацан. — Потом записывали аудио с признаниями. И у Малики ни разу не было проигрышей.

— Ясно, — киваю. — Но не в этот раз.

Иду к банкетному залу, сжимая и разжимая кулаки. Первым порывом было свалить отсюда нахрен. Но нет. Я хочу посмотреть этой сучке в её лживые глаза.

Открываю дверь, захожу в зал, подхожу к ней, хватаю за предплечье и тяну из-за стола.

— Вань, мне больно! Что ты делаешь? — пищит она.

Мне тоже сейчас больно.

Прижимаю её к стенке.

— Вань, что с тобой? — испуганно смотрит на меня.

— Значит, поспорила, да? — агрессивно скалюсь. — Что ты о себе вообще возомнила, малолетка ты безмозглая?

У неё открывается и закрывается рот, как у рыбы. Смотрит своими огромными глазищами, не моргая, — они начинают блестеть.

Ну ты мне ещё поплачь тут, артистка.

— Ванечка… я…

— Больше никогда не приближайся ко мне. — рычу ей лицо. — Ты мерзкая, лживая дрянь! Тошнит от тебя.

— Вань, я… Всё не совсем так…

— Ты не спорила, хочешь сказать?

Она опускает глаза.

Сжимаю её плечи и встряхиваю:

— Весело тебе было?

Она начинает плакать. Отталкиваю её от себя и ухожу. Злой, как чёрт. Запрыгиваю в машину, топлю на газ.

Как ты, придурок, повёлся на это? Как⁈

Домой приезжаю в полном раздрае. Перед глазами — её глаза и слёзы. Но нужно выкинуть её из головы. Нахрен! Она даже мыслей моих недостойна. Не из-за чего так агонизировать. Благо, что между нами ничего не произошло из того, о чём я сегодня мечтал, пока танцевали. Иначе потом вообще бы вывернуло от этой истории.

Интересно, как далеко она зашла бы ради выигрыша — легла бы со мной в постель? Фу, сейчас мне противно только от одной мысли об этом. Я был уверен, что она чистая девочка — зная её семью… Но, судя по тому, что она и на других парней спорила, чистого ничего в ней нет. Если она ни разу не проиграла в этих их спорах, значит, ради их признаний в любви шла на всё.