Книга Глубже... В подземелье, страница 46 – Максим Крынов

— Нет! — испуганно и требовательно вскрикивает девушка. Поцелуем заставляю замолчать.

Беру член и начинаю головкой водить по губкам. Стараюсь не доводить до самого верха, если сейчас начну задевать клитор, сестрёнка может кончить преждевременно. Когда твердо понимаю, что ещё чуть-чуть до оргазма, аккуратно направляю головку внутрь. Девушка уже не стонет, скулит. Дохожу до плевы, упираюсь и аккуратно давлю.

— Она растягивается, — с придыханием шепчет моя малышка, — И мне совсем не больно.

Я знаю, ощущаю девушку так же, как себя. Возбудил максимально, боли сейчас быть не должно, но всё равно потратил каплю маны на блокировку возможных неприятных ощущений.

— Хочу глубже, братик… Войди, чего ты ждёшь?..

Наконец растянул её настолько, что медленно проник внутрь и ощутил упругие, горячие стенки. Это будто возвращение в теплую кровать, домой, где тебя любят и ждут, после того, как год бродил по лесам и ночевал у костров. Будто наконец нашел ответ на загадку, на поиск решения которой потратил жизнь. Несколько бесконечно долгих и счастливых секунд я находился целиком и полностью там, на своих честных семнадцати сантиметрах, не ощущая остального тела, абсолютно ненужного на тот момент. И ощущал лишь безумно приятный жар и желание двигаться. Человеческое тело в плане ощущений давало фору всему, что знал. К черту весь опыт моей предыдущей жизни! Он как голое знание, как учебник по химии против опытов с натрием и водой!

Аккуратно назад, оставляя внутри Союн несколько сантиметров, а потом так же плавно вперёд. Хочется трахать её до потери пульса, ощущая только влагу и жар, но я сдерживаюсь невероятным усилием воли. Союн не было неприятно и тоже хотелось быстрее, поэтому немного ускорился, до замедленных, но непрерывных движений. И Союн кончила. Сперва крупно задрожала, потом судороги стали мощнее и реже, уйдя внутрь живота. Я ощущал, как внутри неё всё сокращается.

— Хватит на сегодня.

Кто это сказал? Я?! Голос мой, но прекратить сейчас — это ведь бред! Я готов всю ночь кувыркаться! Ну и что, что в первый раз долго нельзя и нужно, чтоб поджило? Пусть терпит…

Собрав всю волю, вышел из счастливой Союн.

— Это было волшебно! И совсем не больно. Братик лучший!

Снова взяв Союн на руки, понес в душ, там губкой для тела аккуратно намылил девушку сверху, затем опустился на колени и намылил ножки. Сестрёнка ужасно смущалась и периодически спрашивала, что я делаю, но терпела. Смыл пену с тела и почувствовал… Да ничего не почувствовал, кроме её смущения. Закрытие гештальта, если это был он, не принесло никаких эмоций.

Зато потом сестрёнка опустилась на колени, аккуратно вымыла так и не упавший член и взяла в ротик головку. Подавив желание схватить её за волосы и зайти на всю длину, заложил руки за спину и стал двигаться. Союн быстро поймала ритм и я кончил через пару минут.

Через час разговоров и постельных кульбитов Союн заснула со спокойной, милой улыбкой. Я же вышел на балкон.

Город отсюда виден весь, до самой окраины. Расцвел огнями, радует видом. По освещённым тротуарам ходят пёстрые людские пятна, по дорогам ездят силуэты автомобилей. Интересно было бы взглянуть на наш дом и дом с порталом, но они находятся по другую сторону здания.

Я снова присмотрелся к людским пятнам. У каждого своя история, секреты, привычки и желания. А я — неучтенный фактор, который может влиять на сознание в обход защитных механизмов. Интересно, к чему меня приведёт такое мышление в будущем? Кем я стану? Как буду относиться к людям?