Книга Глубже моря любви, страница 25 – Макс Линн

— Поэтому заедем в клинику ненадолго. Там в кафе спустишься. Ты сменишь Али, чтобы он хоть в машине покемарил. А я отправлю бывшего свекра домой. Пусть отдохнет после ночного сидения возле сына. Не дуйся, прости, что я тебя дразнила пршутом. Хочешь омлет из пяти яиц с помидорками и сладким хорватским луком?

— Хочу, но из трех мне достаточно!

— Исполним! Ну-ка, какую фразу ты мне приготовил для начала?

Реза, не смущаясь, прешел на словацкий мат, чтобы объяснить аналогичное значение на фарси.

Расширив свой лексикон на несколько полезных, на мой взгляд, для жизни в Иране выражений, я приободрилась. Представила, какую мину скорчит Зхубин, если я выдам на гора пару крепких слов!

Проверив духовку, в которой самостоятельно допеклось блюдо для бывшего свекра, я хотела ковырнуть кусочек мяса на пробу, но меня замутило.

— Досолит, если что. — пробормотала, махнув рукой.

Оглянулась по сторонам, не столько заметить — ничего ли не забыла, сколько расставаясь теперь навсегда с этим видом на синий еще холодный Ядран — из квартиры на вилле, где когда-то собиралась прожить с хорватом счастливую семейную жизнь...

Упаковав всю поклажу в арендованное авто, я и мой "учитель" нормального разговорного фарси (в случаях, когда кому-то на ногу метко падает камень или человека посещает более серьезный по зашкваристости зашквар), поехали в Новалю — в клинику.

Поднявшись на нужный этаж больничного комплекса я, не долго раздумывая, направилась сначала в травматологию, в палату к Дражену.

Решила, что ждать больше некогда. Пора поговорить начистоту.

Он обрадовался моему появлению.

— Bok, Дражо! Улетаю сегодня. Ты тут срастайся весь правильно, пусть ничего потом не болит и не скрипит! — пожелала я ему. — Верике и Юко привет!

— Спасибо, Мишка! Скажу тебе по секрету, у нас через четыре месяца пополнение будет — дочка!

Он протянул ко мне одну руку, не напрягая другую — в гипсе. Я обняла его осторожно.

— Дражо, как я рада за вас! Поздравляю!

Я вспомнила недавний разговор с отцом Томи и, немного замявшись, призналась Дражену.

— Послушай, есть в ситуации с моим приездом малюсенький нюанс! Барба Иван мне намекал, что не хочет Томи беспокоить, якобы его душу бередить снова. Поэтому ни в коем случае не говори другу, что я прилетала!

— Бред какой-то! Ты же ему жизнь вчера спасла! Сама рисковала! Весь госпиталь гудит: жена спасла мужа от рецидивиста! Мне медсестра в лицах рассказывала, а твои крики я собственными ушами слышал. Чуть не родил вместо Верики!

— Да ладно, не шали так! — застеснялась и улыбнулась, как Песочник, из мультика «Хранители снов», не раз просмотренного в детстве.

Единственная закавыка — застенчивый персонаж не разговаривает, но при этом даёт отпор кошмарам. Я же болтушка по жизни, но свой повторяющийся страшный сон никак не могу обуздать и заставить не сниться...

Вернулась из воспоминаний и улыбнулась.

— У тебя голос хриплый... Из-за вчерашнего крика?

— Да. Чуть сорвала. Но врач сказал, что делать. Ерунда. Все познается в сравнении. Понимаешь?

— А то. мне кажется, что я даже больше, чем нужно понимаю. У тебя внутри идет война. Да? За принятие решения — остаться с томицей или уехать в свою новую жизнь.

— Не будем о сложностях. Выздоравливай! томи ни слова! Пока! Пойду к нему, подержу его за руку и попрощаюсь перед дорогой в аэропорт.