Книга Молот. Запретная страсть, страница 62 – Руби Райт

Вот же засранец. Он звонит, чтобы уболтать меня на фото? На эротическое фото моей груди, серьезно?

— Не буду я тебе фото присылать, — отвечаю и начинаю посмеиваться. Для меня это в новинку, и я никогда бы такое не сделала. Зачем ему фото моей груди?

— Почему? — его голос становится тихим, манящим. Таким голосом он обычно шепчет мне на ухо.

— Потому что я никому не присылаю свои фото.

— Я же тебя прошу, не кто-то.

— Нет, — категоричный ответ без исключений.

— А я тебе свое пришлю. Давай?

— Нет, — вновь повторяю. — И к тому же, у меня есть твое фото.

— Точно, я и забыл. Но ты его получила нечестным путем, а значит, должна мне две фотографии. Я буду ждать. Спи сладко, сладкая.

И Матвей сбрасывает вызов, не дождавшись моего ответа. Да он мне даже слова сказать не дал. Сказал, что ждет фото, и сбросил. Кто так делает?

Лежу на постели, сжав в руках телефон, и смотрю в потолок. Смотрю, смотрю и решаюсь. Резко встаю с кровати и к шкафу. Шарю пару минут, вышвыривая на пол ненужные вещи. Нет, у меня нет ничего такого, во что бы я могла одеться, чтобы сделать красивое фото. И тогда в голову приходит другая идея.

Пока иду в ванную, снимаю с себя майку и лифчик. Стягиваю резинку с волос и лохмачу пальцами кудри.

Обвязываю себя полотенцем, чуть приспускаю его на груди. Ну ладно, совсем не чуть, а прилично так. Еще миллиметр, и сосок будет видно, но я не позволяю ему выглянуть из-за края махровой ткани. Поджимаю рукою под грудью, делая ее еще более объемной, и фотографирую. Точнее делаю снимков двадцать, не меньше.

Выбираю один, на котором почти не видно лица, и отправляю Матвею. Только отправив фото, я осознаю, как все это глупо, как глупо. Тут же стыд накрывает меня с головой, и я тянусь за майкой, чтобы надеть ее на себя. Хочу прикрыться.

Но когда получаю от него в ответ сообщение, мой стыд тут же улетучивается.

«Я готов прямо сейчас вылететь к тебе, чтобы сорвать это полотенце. Сладкая…»

Матвей написал, что приземлился и уже через час заедет за мной. На вопросы, куда мы поедем и что будем делать, он мне так и не дал четкого ответа. И поэтому я вновь мечусь по комнате в поиске хоть какой-нибудь приличной вещи, но не нахожу ее.

Нет у меня ничего, кроме джинсов, шорт и разных маек, в которых только мусор и можно выносить. Было одно платье, что я собиралась на выпускной надеть, и все. Больше ничего нет. Или…

Вспоминаю о той коробке, которую я так и не распаковала при переезде. Точнее это мамина коробка. Она ее собрала для меня, но я ее не открыла.

Я была на сто процентов уверена, что там нет ничего полезного для меня. Она сказал тогда: «Не думаю, что тебе пригодится, но все же. Кто знает, может, ты наконец начнешь слушать мать».

Да, так себе фраза, когда ты даришь первый и единственный подарок своей дочери, но чем черт не шутит. Встаю на тумбочку у кровати, маневрируя ногами между светильником и удлинителем, и достаю коробку. Большая. А еще тяжелая. Кидаю на кровать и только потом сама спрыгиваю на пол.

Хватаю ножницы с органайзера и аккуратно разрезаю ими скотч посреди картона. Открываю. И первое, что попадает мне на глаза, фирменный пакет. Мамина квартира завалена этими пакетами из бутика женского белья. И, честно, мне даже страшно в него заглянуть.