Книга Мой личный сталкер, страница 98 – Виктория Анкай

Странно, но вдруг осознала, что все эти люди... Поразительно, насколько они за такой короткий срок стали мне... Не знаю даже... Родными? Нет, не то... Близкими? Вот это, скорее всего, более точное определение. А ещё точнее - своими.

Наверное, свои люди в какой-то мере - это когда точно знаешь, чего от них можно ождать. Вот я теперь точно знаю, что все они - дружные и надёжные. Что в их глазах не будет осуждения за связь с инструктором, не будет злости на то, что по вине одной взбалмошной меня многие не спали всю ночь, не будет предвзятости только потому, что я столько времени держалась особняком... Может, там, в привычной жизни, они другие - ненавидят вставать по утрам, терпеть не могут свою работу, злятся по пустякам на родных и близких, нарушают скоростной режим за рулём, психуют в пробках, занимаются нетрадиционным сексом в конце концов, но здесь они - команда. И я в их числе...

Мне бы тоже не пришло в голову осудить Лену с Ромой за постоянное желание уединиться, серьёзно отнестись к бесконечному ворчанию Инги, рассердиться на постоянные попытки Ивана Семёновича любую ситуацию обыграть с чёрным юмором, обидеться на сноба Руслана за вечный излишний скептицизм и желание показать себя исключительно умным человеком... Почему-то здесь, идя плечом к плечу с ними, всё это воспринимается не как неуместные недостатки каждого человека, а как что-то само собой разумеющееся, словно в первую очередь видишь не самих людей, а их характеры, особенности, ауру какую-то...

Я нередко слышала от нашего начальника на планёрке зажигательные речи о том, что мы, работники компании - настоящий дружный коллектив и всегда должны помогать друг другу. Так вот там это - пустые слова, звоном прокатывающиеся по кабинету, ибо в нашем "дружном" коллективе каждый сам за себя. Так было, так есть и так будет.

А здесь... Жаль, что Даня всё-таки не поехал... Может, он тоже смог бы понять разницу...

— Настёна, ты совсем бледная, - Инга оглянулась и остановилась, дожидаясь меня. - Устала?

Машинально улыбнулась, растерявшись на секунду...

Чёрт, я опять отстала, но на этот раз не потому, что мне хотелось быть подальше от остальных, а всего лишь идти быстрее уже не получалось. Я не просто устала, я выдохлась - яркое солнце всю дорогу резало глаза, голова легонько кружилась от постоянного движения реки, вдоль которой приходилось идти, по спине градом катился пот от слабости, саднящая при каждом шаге задница и натёртая мокрым кроссовком мозоль дополняли движение особой прелестью...

Поймала холодный тяжёлый взгляд Стаса, оглянувшегося в этот момент...

Глубоко вздохнула и бодро отчеканила:

— Да нормально всё! До обеда дотяну...

Но ещё через полчаса стало ясно, что не дотяну. Футболка и кофта прилипли к телу, пропитавшись потом, но желания снять хотя бы верхнюю одежду, как это сделали другие, у меня не было - казалось, если я шевельну прижатыми к телу руками или выпрямлю спину, то ветерок моментально охладит кожу, и при такой высокой температуре тела это будет не просто неприятно, а невыносимо. Наступать на ногу уже не могла - казалось, что со ступни заживо слезла кожа, и кроссовок хлюпает не от переполняющей его воды, а от солёного пота, перемешанного с сочащейся кровью. Виски ломило, во рту нарастал металлический привкус, горло почему-то хрипело, рюкзак, казалось, весит тонну...