Книга Убийство, кино и немного книг, страница 68 – Элли Александер

Я не стала рассказывать ей о своей беседе с доктором Колдуэлл, но ни для кого не было секретом, что Хезер не хотела, чтобы отзыв был опубликован.

— Понятия не имею. – Ополоснув питчер, она потянулась к бумажке со следующим заказом. – Если найдешь способ вклиниться в их разговор, то, наверное, сможешь это выяснить. Все, что я знаю, – это то, что…

При вдруг замолчала. Она уставилась мне за спину, и ее оленьи глаза вдруг стали вдвое шире.

Я замерла.

— Что? Что не так?

Плотно сжав губы, она покачала головой.

— Не оборачивайся, Энни. Веди себя непринужденно.

— Окей, но почему? У меня за спиной убийца? Я в опасности?

Сердце бешено заколотилось в груди. Руки стали холодными и липкими. Я не сводила глаз с При, сдерживаясь, чтобы не обернуться.

— Двойной Американо. Двойной Американо тут. Что мне делать?

Меня охватило чувство облегчения. Прижав ладонь к груди, я выдохнула.

— Во-первых, больше так со мной не поступай. Я уже подумала, что кто-то стоит у меня за спиной с окровавленным ножом в руке. Ты же помнишь, что вчера человек погиб?

— Прости меня. Просто Двойного Американо уже несколько недель здесь не было. Поверить не могу. Почему я сегодня не нарядилась?

Разгладив фартук, она убрала с лица прядь волос.

— Ты великолепно выглядишь, – попыталась я ее подбодрить. Вот уже почти год При была влюблена в клиента, которому она дала прозвище Двойной Американо, – впрочем, нечастые визиты ее объекта воздыханий в Редвуд-Гроув лишь усиливали эту одержимость. Я часто подшучивала над ней, говоря, что Двойной Американо – это плод ее воображения, потому что, кроме самой При, никто из нашей компании никогда в жизни не видел этого посетителя, заставлявшего ее щеки заливаться румянцем.

— Боже мой, Энни, это происходит, – сказала При, прикрывая рот ладонью, а потом начав обмахиваться, словно вдруг оказалась на жаре. – Что надо сказать? Что сделать?

Странно было наблюдать, как При нервничает. Обычно она была очень спокойной и общительной. При могла поговорить с кем угодно. Она болтала с незнакомцами и обладала врожденным талантом заставить любого почувствовать себя ее лучшим другом. Я ей завидовала. Хотелось бы и мне уметь без труда вписываться в любую компанию, но у меня всегда лучше получалось быть единственной лучшей подругой. Именно поэтому мы со Скарлетт и стали так близки.

— Энни, помоги. – При прикусила нижнюю губу и начала махать пальцами, словно обожглась о капучинатор^[24]. – Что сказать?

— Как насчет того, чтобы начать со слова «привет»? Звучит непринужденно и адекватно.

При что-то пробормотала себе под нос, но не успела продолжить.

— Прия, как я рада снова тебя видеть, – раздался позади меня мягкий, мелодичный голос. – Я мечтала выпить твоего кофе.

Обернувшись, я увидела женщину примерно нашего возраста, одетую в безупречные льняные брюки кремового оттенка, шелковый топ и бирюзовый свитер. Она была высокой, с крупными чертами лица и широкой, располагающей улыбкой.

— Привет, ага. Привет. – При запнулась. – Привет. Приветик.

Я заметила, как дрожали ее руки, когда она пыталась утрамбовать перемолотые кофейные зерна. Нужно было что-то сделать, чтобы ее спасти. А если серьезно, то, похоже, она и правда не преувеличивала, когда говорила, что теряет дар речи, когда находится рядом с Двойным Американо, и нельзя было оставлять ее в такой ситуации.