Книга Убивать осознанно на краю земли, страница 99 – Карстен Дюсс

Я вдруг снова уверился, что носил свою бутылку воды на правой стороне рюкзака и что она была наполовину полна. И что эта бутылка висела там до тех пор, пока кто-то не толкнул меня недалеко от Ираче.

И этот кто-то был азиат.

Должно быть, именно тогда он и подменил бутылку.

Эви умерла не от инфаркта. Она была отравлена.

Правда, по ошибке. Ядом, который предназначался мне.

Я взглянул на бутылку. Она выпала у меня из рук, когда я пытался подхватить Эви. Теперь бутылка лежала на мощеной улице. Вино вытекло. Я поднял ее и понюхал. Сквозь винный запах улавливалась легкая горьковатая нотка.

Смерть Эви положила конец всем сомнениям: кто-то хотел убить меня. И пуля, которая оборвала жизнь Роланда, тоже предназначалась мне. Из-за того что кто-то охотился на меня, на Камино погибли уже два человека.

Строго говоря, три. Кладди тоже умер потому, что я ошибочно принял его за убийцу. То, что я не испытывал из-за этого чувства вины, имело только одну причину: мой страх был так велик, что ни для чего другого не оставалось места.

Паломничество – это не только встречи, но и расставания. Пока другие паломники ожидали машину скорой помощи, которую вызвал по своему телефону Педро, я медленно побрел обратно. Никто не обратил на меня внимания.

Мне нужно было удалиться от всех. Вероятно, для здоровья моих соплеменников было бы полезнее, если бы я держался от них подальше.

Смерть Эви окончательно убедила меня в одном: на Пути Святого Иакова я в первую очередь должен позаботиться о банальном выживании. Однако первый испуг прошел, и я, все больше размышляя об этом, пришел к выводу, что в данный конкретный момент никакая опасность мне не угрожает.

Между двумя покушениями прошло несколько дней. Оба нападения были запланированы и совершены из засады. Кто бы ни был убийцей, вряд ли он предпримет еще одну попытку уже сегодня.

Я надел рюкзак и покинул Ираче. Это место не обещало мне ничего хорошего.

Мои ноги двигались механически, и это запустило некий механизм, который хорошо наладился во мне за последнее время. Пока сам я блуждал по дорогам, блуждали и мои мысли. Сейчас они блуждали вокруг такого вопроса: если смерть Эви – это своего рода вдохновение на моем пути, то на что она должна меня вдохновить?

Совершенно очевидно, что будет большим успехом, если я переживу угрожающий мне кризис середины жизни без потери жизни как таковой.

Но что из этого следует? Должен ли я прервать прямо сейчас свое паломничество? Или мне нужно только найти правильную медитацию для этой несколько жестокой формы вдохновения?

Пока что я не мог представить никого другого, кроме китайца Монтажная Пена, кто хотел бы покончить с моей жизнью. Незадолго до убийства Роланда мимо нас проходил китаец с гитарным футляром. И в этом футляре легко поместилась бы разобранная винтовка HK G3.

Китаец, который толкнул меня на дороге, после чего я не смог найти свою бутылку воды, гитарного футляра при себе не имел. Но ведь и убийца Роланда обронил свое оружие.

Я не видел лиц ни господина Куана, ни китайца с гитарным футляром. О парне, который меня толкнул, я знал только то, что у него азиатские черты и шейный платок на запястье.