Книга Убивать осознанно на краю земли, страница 33 – Карстен Дюсс

Тело Иакова захоронили на севере Испании. Уже не столь юный ученик позволил себе после смерти лишь короткую восьмисотлетнюю передышку. А после этого, отдохнувший и окрепший, начал свою вторую карьеру в качестве ведущей фигуры европейской миграционной политики.

В 812 году от Рождества Христова кости Иакова были заново открыты одним отшельником, которому указали на них звезды. По случайному совпадению это случилось в то время, когда большая часть Испании была оккупирована маврами.

В те времена еще не знали о таком понятии, как «вина по контакту»^[14], но зато знали о «бонусе по контакту». Чем ближе христианин оказывался к костям ученика Иисуса, тем позитивнее это воздействовало на его собственное душевное здоровье.

Так что найденный скелет идеально подходил для того, чтобы привлечь толпы христиан на Иберийский полуостров и таким образом создать противовес окопавшимся здесь маврам.

Тело Иакова стало источником возобновляемой духовной энергии, которую можно было использовать для того, чтобы избежать исламизации Запада, чего опасались тогдашние жители Европы.

Христианский епископ, отвечавший за Северную Испанию, прекрасно осознавал, какой фурор в средневековом медийном пространстве вызовет находка костей Иакова. Чтобы исключить любые сомнения в их подлинности, он провел серьезное исследование найденных останков в соответствии с актуальным уровнем науки того времени: он на них посмотрел.

И постановил: это кости подлинного ученика Иисуса.

Святой Иаков – по-испански Сантьяго – был перезахоронен, а его могила объявлена местом паломничества.

Надежды оправдались: теперь сюда потянулись христиане со всей Европы. Вместе с защищающими их рыцарями. И, оказавшись на месте, христиане и христианские рыцари смогли совместно, с оружием в руках, заняться решением проблемы маврской иммиграции. И при личной поддержке святого Иакова, который не преминул покинуть свою могилу, чтобы тоже сражаться с ними бок о бок.

Так открытие мощей ознаменовало собой конец мавританского владычества в Испании.

На протяжении столетий Иаков считался первым общеевропейским ответом на иммиграционный вызов девятого века и получил прозвание Иаков Мавроборец^[15].

Однако за столетия этот имидж полностью изменился. Из гонителя чужестранников он превратился в собирателя странников. Теперь Иаков привлекал всевозможных иноземцев, которые искали самих себя.

Мне понравилась эта история. Потому что она так красиво показывала, что требуется для того, чтобы даже самая абсолютная истина стала относительной: всего лишь немного времени.

Именно это знание укрепило меня в убеждении, что пройти Камино Франсес необходимо в относительно скором времени. Прежде чем кто-нибудь в дальнейшем ходе истории настоит на какой-нибудь другой истине и придет к идее, что нужно разрушить Путь Святого Иакова – это восьмисоткилометровое доказательство европейского расизма. Или, по крайней мере, ввести обязательную квоту на мавров. И при случае феминизирует Дорогу французских королей в Дорогу французских королев.

На самом деле, возможно, даже пришлось бы запретить все христианство, потому что Иисус ведь не дистанцировался от Иакова еще за столетия до начала его сольной карьеры.

Чем бы ни обернулось будущее для Камино, я все же хотел бы пройти его до наступления этих изменений.