Книга Убивать осознанно на краю земли, страница 109 – Карстен Дюсс

В паломничестве никогда не думайте обо всех шагах сразу. Думайте только об одном шаге – следующем.

Через пару минут я уже точно понимал, что делать.

Хоть я еще и не знал всего пути целиком, но свои ближайшие шаги видел очень ясно.

Я взял мобильник китайца и ответил на эсэмэс от Veritas:

Работа сделана.

Пусть Хайко думает, что я мертв. Это даст мне время. Как минимум до следующего созвона с Катариной через три дня.

Затем я сменил в настройках безопасности отпечаток пальца на ПИН-код.

После этого еще раз позвонил Саше и попросил его установить наблюдение за Хайко. Я обосновал свою просьбу вполне откровенно: мол, на Камино я достиг просветления и понял, что хорошо бы мне точно знать, чем занимается подсевший на кокс бывший будущий муж моей бывшей жены, прежде чем по возвращении я позабочусь о том, чтобы он исчез из жизни моей семьи.

Саша наверняка догадался, что это не та причина, по которой я звоню ему в половине пятого утра. Но не задал никаких вопросов, а я ничего больше не сказал. Он обещал позвонить мне по номеру мертвого китайца – о котором он, естественно, ничего не знал, – как только Хайко что-нибудь выкинет.

На въезде в деревню я поискал ручную тележку, на которой недавно зашнуровывал свой ботинок. Притащил ее в развалины, стараясь как можно меньше шуметь. Все еще стояла непроглядная тьма. Немногочисленные жители этой деревеньки, казалось, спали.

Я отстегнул рюкзак с азиата, раздел его, положил нагое тело на тележку и вывез из дома.

Затем я уложил в кучу над лужей крови обломки деревянной двери и пару досок из тех, что валялись вокруг, высыпал сверху содержимое рюкзака китайца и его одежду и поджег всю эту кучу.

Наверное, все ночные паломники здесь уже прошли, а местные жители еще нежатся в постелях. Дневные паломники появятся в Фонсебадоне лишь через несколько часов. Если же вдруг какой-то паломник забредет в деревню этой ночью, то, скорее всего, застрянет здесь, чтобы поглазеть на горящие развалины, а я тем временем уже достигну своей следующей цели – Крус-де-Ферро.

Пока развалины позади меня пылали огнем, я продолжал идти по Пути Святого Иакова в кромешной тьме и с обнаженным трупом китайца в тележке.

Крус-де-Ферро стоит всего в двух километрах от Фонсебадона. Чтобы добраться туда с трупом в ручной тележке, мне хватило всего одного эпизода «Биби и Тина».

Для паломников этот крест имеет совершенно особое значение. Самая высокая точка маршрута покорена. А фраза «дальше – только под гору» здесь вызывает небывалое облегчение: все трудности восхождения позади.

Среди паломников сложилась традиция класть под Железный крест один камень. Камень забот. За несколько веков здесь побывало так много паломников, что под крестом возникла гора из гальки высотой в метр. В нескольких сотнях метров от нее высилась гора из гальки, которую заложили римляне по тем же причинам, а она, в свою очередь, стоит рядом с галечной горой кельтов.

Христианская традиция складывания камней уходит корнями в более давнюю, языческую. Почему мусорная свалка забот возникла именно здесь, я понятия не имел. Но зато теперь я собственными глазами видел, что значит выражение «гора с плеч».