Книга Мельница ангелов, страница 98 – Андреас Грубер

— По крайней мере, она успела доставить образцы в лабораторию на Розенштайнгассе еще до аварии, — добавил Кольшмид, когда Хогарт промолчал. — Однако результат будет не раньше завтрашнего полудня.

— Мне нужен еще один день.

— У вас его нет! — рявкнул Кольшмид.

Куница все еще топталась по машине. Хогарт пнул кузов ногой, пытаясь согнать животное. В ответ раздался пронзительный визг зверя, пробравший его до костей. Это звучало так, будто кошке наступили на хвост.

— Расследование идет в настоящий момент довольно тяжело. Я подозреваю, что за пожаром стоит не просто вандализм…

— Послушайте, меня интересует только пожар в кассе медицинского страхования — был ли это поджог или нет. Все остальное нас не касается. О боже, боюсь, этот разговор я веду с вами не в первый раз, — вздохнул Кольшмид. — К счастью, сейчас вы подписали пункт о неконкуренции.

Сердце Хогарта замерло.

— Что я подписал?

Кольшмид на мгновение замолчал.

— Вы что, не читали договор? — На секунду в голосе Кольшмида даже послышалась едва заметная насмешка.

— Конечно, читал, прежде чем отправить его по факсу. — «Хогарт, ты полный идиот!» В тот же момент он понял, что его карьере пришел конец. Кольшмид вставил в текст договора пункт о неконкуренции, который он не заметил, потому что в спешке проверил только финансовые условия.

— А я еще удивлялся, почему вы без возражений приняли договор — это на вас не похоже. — Кольшмид глубоко вздохнул. — Если к завтрашнему вечеру вы не разберетесь со страховым случаем по региональной кассе медицинского страхования к нашему полному удовлетворению и нам придется выплатить страховую сумму, пункт о неконкуренции обязывает вас в течение следующих шести месяцев работать только на нашу страховую компанию и только на наших условиях. Кроме того, мы не обязаны возмещать вам ни расходы, ни какие-либо издержки. О надбавках и суточных вы тоже можете забыть, и, кроме того, мы потребуем обратно авансовый платеж.

Эта паршивая крыса его подставила! Больше он никогда и пальцем не пошевелит ради этого скользкого типа, даже если тот приползет на четвереньках, потому что все его сотрудники лежат в больнице с переломами и сотрясениями мозга. Не говоря ни слова, Хогарт разорвал связь. Ему хотелось швырнуть телефон в ущелье. Вместо этого он яростно бил ботинком по кузову машины и орал во всю глотку, пока снова не смог нормально дышать. Обессиленный, он лежал на спине и смотрел на днище автомобиля. Издали он услышал, как куница торопливо карабкается по скале и убегает прочь.

Внезапно Хогарт рассмеялся. Не только из-за этого мерзкого зверя, но и из-за своей руки, которая все еще находилась между колесами внутри машины. На протяжении всего разговора он держал пальцами тормозной шланг. И только теперь увидел, что шланг аккуратно перерезан. Он представил, как в ту морозную снежную новогоднюю ночь Эрнест Боман отчаянно давил на тормоз, но машина только ускорялась, на повороте заскользила на ледяной корке и влетела прямо в ограждение, пробив его.

Кто-то явно «помог» отправить издателя на тот свет — и Хогарт готов был поклясться, что это тот же самый человек, который устроил пожар в кассе медицинского страхования и убил врачей… а именно женщина, которая обычно работала кистью.