Книга Мельница ангелов, страница 35 – Андреас Грубер

— И как отличить просто хорошее от просто плохого?

— Через ежедневную практику. — Она взяла его руку в свою, и Хогарт почувствовал шершавую кожу ее пальцев. — Для удачной картины мастихин и тряпка часто важнее кисти, — объяснила она.

— Значит, ваши картины совершенны?

— Существует три основных правила для написания идеальной картины. — Мадлен отпустила его руку. — К сожалению, никто не знает, как они звучат.

Вдруг она громко засмеялась, прикрыв рот рукой. Жест, который совсем не соответствовал ее высокомерному поведению.

— Да пошло оно все! — вдруг сказала Мадлен и, рассмеявшись, снова прикрыла рот рукой. Затем приблизилась к Хогарту и прошептала на ухо: — Я вам скажу… мне плевать на весь этот цирк. Я рада, что наконец-то встретила кого-то не из мира искусства. — Она нежно обвила его руку. — Приятно пообщаться с человеком, который говорит то, что думает, а не анализирует каждый мазок кисти.

Хогарт был ошарашен.

— Я думал, вам здесь комфортно. В конце концов, это ваша выставка.

— Я бы предпочла просто выставить картины и распрощаться. Но, к сожалению, это невозможно. Посетители ожидают увидеть меня здесь, чтобы утомлять своими интерпретациями картин. Как будто мне это интересно. Почти никто не спрашивает, о чем я думала, создавая их… почти никто, кроме вас.

— Но я все еще не понимаю, — признался Хогарт.

— Это не важно. — Она заговорщически посмотрела на него. — Я могу остаться с вами до конца вечера?

— Конечно. Мы можем сделать вид, что обсуждаем ваши картины.

Мадлен усмехнулась, и на этот раз это выглядело совершенно непринужденно.

— Отличная идея.

Она немного рассказала о себе, и со временем у Хогарта появилось ощущение, что он тоже должен поведать ей больше. Он продолжал лгать, что работает автомехаником, но упомянул о своей любви к блюзу и джазу, черно-белым фильмам и ностальгическим фестивалям. Он сказал ей, что в свободное время торгует на блошиных рынках и ярмарках виниловыми пластинками и киноплакатами, собирает автографы, среди которых даже есть подписи Фрица Ланга, Альфреда Хичкока и Билли Уайлдера.

Он поведал, что живет в квартире с террасой на Тиволигассе, не выносит мидий, креветок и рыбу, а из-за боли в бедре регулярно бегает. Уже через несколько минут они выяснили, что оба ненавидят ток-шоу, терпеть не могут вынужденную пустую болтовню и предпочитают смотреть старую классику в обычном кинотеатре, а не покупать билет на блокбастер в кондиционированный мультиплекс. Хогарту такие фильмы казались скучными, а у Мадлен болела голова от слишком быстрой смены кадров. Даже их жизненная философия совпадала: жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на ложные обязательства. Нужно стараться делать только то, в чем убежден, и встречаться лишь с теми людьми, которых действительно хочешь видеть. Все остальное — пустая трата энергии.

Время от времени он поглядывал на Татьяну, которая рассматривала картины в другом конце зала и, казалось, совсем не скучала.

— Вы голодны? — внезапно спросил он.

Мадлен грустно посмотрела на него.

— Здесь ничего нет, даже стакана воды.

— Мы могли бы пойти куда-нибудь поесть, — предложил он.

— К сожалению, я не могу уйти.

— А потом?

Она задумалась.

— У меня есть предложение. Максимум через три часа вся эта суматоха здесь закончится, тогда я приглашу вас к себе домой на сэндвич с сыром и бокал игристого. Вы согласны?