Книга Операция «Лиссабон», страница 90 – Валерий Шарапов

— Может быть, Миллион? Как вы думаете?

— Слишком пафосно для него. Мы с приятелями недавно ездили на рыбалку. Как вы знаете, я люблю ловить крупную рыбу. Так вот, самый ответственный момент в этом деле — вываживание рыбины. Крупный экземпляр после удачной подсечки нельзя сразу выдергивать из воды — рыбина или порвет леску, или соскочит с крючка. Ее надо осторожно подвести и подцепить сачком. Наш Джон долго вываживал свою крупную добычу, теперь она у него в руках.

— Так, может, дадим ему псевдоним Акула? — поторопился Нортон.

— Акула — хищник океанских и морских просторов, а наш экземпляр будет помельче, скорее, речной обитатель. Крупная жирная рыбина, которая водится на глубине, прячется под корягами и жрет все, до чего дотянется, — Уиппл кивнул на список Сметанина.

— Тогда это сом, — предложил Мур.

— Верно, усатый сом, — поддержал его Нортон. — Они даже внешне чем-то похожи. Лысый, широкий лоб, свисающие щеки.

— Очень скользкий и опасный, — со значением добавил резидент. — Занесите в нашу картотеку, Джон, нового агента с позывным Catfish, а вы, Майкл, готовьте шифровку в Центр с отчетом и запросом на предоставление денег. Миллион будет, конечно, слишком жирно для него. Пусть они там сами решают, сколько мы ему дадим.

Хьюз всегда считал себя независимым, самодостаточным человеком. Поэтому роль просителя давалась ему с большим трудом. Для него это было унизительно. Особенно перед мелким клерком. Накануне позвонила сестра, Лесли слышал, как она тихо плакала в трубку, и сердце его разрывалось от жалости к единственному родному человеку на всей земле. Ей нужны были деньги на лечение сына, и обратиться, кроме брата, было не к кому. С утра он пошел к главному бухгалтеру конторы просить ссуду, а эта старая карга сразу отфутболила его к одной из своих подчиненных. И сейчас толстуха с плохо обработанными ногтями и волосами, стянутыми пучком сзади резинкой, втолковывала ему их бухгалтерские правила.

— Мистер Хьюз, по нашему положению мы не можем вам выдать единовременно более пяти тысяч долларов. Ежемесячно из вашего оклада будет вычитаться триста долларов, — занудливо поясняла бухгалтер.

— Почему всего пять тысяч? Это меня не устраивает, — горячился оперативник.

— Мы не можем удерживать из оклада больше двадцати процентов. Таким образом за полтора года вы сможете рассчитаться с нами.

— Так давайте увеличим срок выплаты.

— Мы не можем этого сделать, так как именно через полтора года истекает срок вашего пятилетнего контракта.

— Вы считаете, что со мной могут не продлить контракт? — вспылил Хьюз.

Толстуха только пожала плечами.

— Привет, Лесли, — неожиданно раздался из-за плеча голос. — Ты не забыл, что сегодня в час ты мне нужен? Не опаздывай.

Самодовольный, в приподнятом настроении, Джон Нортон, очередной молодой выскочка, свысока приветствовал коллегу и не упустил случая еще раз показать свой ранг. Нортон направился сразу к начальнице. Вот ему она обрадовалась гораздо больше, чем Хьюзу. Лесли сидел к ним спиной, но в зеркале, висевшем на стене, видел, как главбух стала доставать из сейфа пачки долларов. Нортон небрежно бросал пачки стодолларовых купюр в коричневую сумку с надписью Clube do Рorto. Возбужденный видом денег, оперативник невольно насчитал не менее тридцати пачек.