Книга Операция «Лиссабон», страница 24 – Валерий Шарапов

— Контрик, на выход, — позывной, данный Андрею разведчиками спецназа ГРУ, довольно прочно прилепился к нему.

На закрепленном за военной контрразведкой «уазике» они лихо помчались на другой конец района. Автомат привычно лежит возле сиденья, кобура с «вальтером» расстегнута и передвинута на живот. Водитель следит за тем, что впереди и слева, сектор ответственности пассажира — то, что происходит справа. Они быстро добрались до базы дислокации кубинского корпуса. На въезде их встретил, как и положено, бородатый кубинский офицер. Большинство бойцов с Острова свободы носили бороды в знак уважения и желая походить на сторонников Фиделя Кастро в период освобождения страны от американцев. Каждый хотел быть похожим на тех легендарных бородачей «барбудос».

— Здравствуй, Мигель, — доброжелательно поздоровался с встречающим Купцов и скупо представил Ломтева.

— Очень рады, Виктор, ждали вас, — открыто улыбаясь, на хорошем русском произнес мужчина. На первый взгляд ему было чуть больше тридцати, среднего роста, явно метис.

Он провел их в расположенное на первом этаже помещение с крепкими решетками на окнах. Пара письменных столов, полдюжины простеньких стульев, железный сейф в углу — вот и вся мебель.

— Рассказывай, капитан, зачем мы вам понадобились, — отказавшись от традиционного предложения кофе, сразу перешел к делу советский контрразведчик. — Старший советник мне ничего не смог объяснить. Просто дал указание прибыть к вам сюда в отдел военной разведки и оказать всю возможную помощь.

Только теперь Андрей догадался, что попал в легендарный DIM — La Dirección de Inteligencia Militar, то есть Управление военной разведки Республики Куба.

— Именно так, Виктор, — обстоятельно начал капитан. — Нужна ваша помощь. Как ты знаешь, после разгрома войск ФНЛА и Заира под Луандой ЮАР отозвала своих военных специалистов, действовавших на северном фронте. Мы считаем, это говорит о том, что ЮАР разочаровалась в боевом потенциале ФНЛА и ее ближайших союзников и попросту не желала жертвовать жизнями своих военных в том кровавом хаосе, в который на глазах превратился северный фронт оппозиции. Их место должны были занять те, кем можно легко пожертвовать, то есть наемники. По данным нашей разведки, именно после разгрома под Кафандонго в Европе и США начинается активная вербовочная кампания по привлечению наемников для работы в Анголе. На эти мероприятия ЦРУ была выделена сумма в шесть миллионов долларов США.

— Солидно работает противник, — согласился Купцов.

— Именно. Они быстро набрали всяких авантюристов. Уже в конце прошлого года в Анголу прибыл первый отряд. Базой наемников стал городок Сан-Сальвадор. Наиболее дерзко себя проявил так называемый отряд полковника Каллана. Он активно участвовал в декабрьских и январских боях. В тот момент, когда фронт рухнул и начался всеобщий драп, этот Каллан сумел собрать вокруг себя нескольких белых наемников-португальцев. Действуют они не как регулярное воинское подразделение, а как диверсионный отряд. Именно они организовали успешную засаду на дороге, по которой маршем, к сожалению без должного боевого охранения, шла колонна МПЛА и наших солдат. Мы понесли серьезные потери. На данный момент эта часть является самым боеспособным формированием повстанцев и стоящих за их спиной южноафриканцев. Наемники устраивают эффективные засады, наносят нам тяжелый урон. Нам, военной разведке, поручено разобраться с этой бандой в кратчайший срок. У нас такого опыта еще нет, зато у вас его хватает. Я прав?