Книга Операция «Лиссабон», страница 16 – Валерий Шарапов

На окраине поселка группу встречал Казак. Он так же, как и Ломтев, проверил содержимое одного из кожаных мешков и удовлетворенно хмыкнул.

— Удача любит храбрых.

Прапорщик оперативно распределил мешочки между Ломтевым, Драконом, двумя другими командирами групп и своим заместителем. Последний повесил мешочек за шнурок себе на грудь под комбинезон.

— Бойцы, беречь груз пуще глаза. Если что с вами случится, передадите другому, но груз обязательно должен быть доставлен в штаб. Всем все ясно?

Ответить подчиненные не успели — с восточной стороны началась перестрелка и послышался стрекот вертолета.

— Быстро они очухались и вызвали подмогу, — с досадой процедил сквозь зубы Казак. — Вертушки — это плохо. Значит, разделимся. Сурок, ты со своей группой прикрываешь. Я ухожу на север, Дракон со своими берет восточнее. Отрываемся, встречаемся на точке встречи с вертушками. Должны успеть. Если кто-то опоздает, летуны ждать не смогут. Быстро сели, быстро забрали и быстро смылись. Тогда добираетесь до базы сами. Не маленькие. Вас именно этому учили… По коням!

Якут вел группу, забирая правее от места, откуда доносилась стрельба, как по ниточке. Как ему удавалось различать тропинку охотников, чтобы обходить непролазные чащобы африканского буша, так и осталось для Андрея загадкой. Он двигался прямо за Драконом, почти упираясь ему в спину. Невдалеке раздался громкий взрыв, и стрельба затихла.

— Молодец, Сурок, сбросил погоню с хвоста, — на бегу бросил командир.

— Откуда знаешь? — едва не сбив дыхание, спросил переводчик.

— Завел погоню в узкое место и поставил им МОН–50. У нее зона покрытия пятьдесят метров и полтысячи поражающих элементов. Головных накрыло, остальные дальше не сунутся. Побоятся. Он же может еще одну мину поставить, — не сбавляя темпа, объяснял Дракон.

— Так там же еще вертолет, — продолжал любопытствовать Ломтев.

— Это американский «Ирокез». Он легкий, небронированный. Пара удачных очередей, и он отвалит. Был бы штурмовой «Чинук», парням пришлось бы несладко.

Советский спецназ резво пробирался по далекой от родных мест земле Черного континента. На рассвете африканский буш окутан мягкой влажной дымкой, сквозь которую уверенно пробиваются первые лучи солнца. Тишину нарушает лишь пение птиц. Птахи начинают сначала робко подавать голос, чтобы потом их пение вылилось в оглушительный концерт, возвещая начало нового дня. Деревья и кустарники, покрытые росой, сверкают в утреннем свете, создавая ощущение волшебства и таинственности. В воздухе свежесть, которая наполняет легкими ароматами природу. В этот момент буш кажется особенно живым и полным тайн, будто только и ждет, чтобы поглотить в своих чащобах забредших сюда людей.

Часа через полтора Якут внезапно остановился. Впереди показалась открытая площадка с десятком строений. Диверсанты мгновенно рассредоточились и стали наблюдать. Очевидно, это был один из заброшенных рудников, где добывали алмазы. За лачугами виднелась шахта и несколько отлогих холмов, очевидно, отвалы пустой породы традиционного для данных мест красного цвета. Рудник выглядел заброшенным. Можно было обойти его стороной, но внимание командира привлекла деревянная вышка на площадке. Они уже дважды пытались выйти на связь по рации, но мешали холмы вокруг. Вот с вышки сигнал должен был добить до своих. На разведку Дракон отправил две пары бойцов. С правой стороны заходил Кузя с напарником, слева двинулся Хмурый. Андрей вызвался ему в напарники, командир, соглашаясь, кивнул и выдал напутствие: