Онлайн книга «Фальшивое солнце»
|
Осенью они поставили еще одну «пьесу», а зимой отдыхали в Риге. Там Мицуко встретилась его знакомая, которая знала, кто он такой на самом деле. Она начала требовать с него деньги за молчание. Мицуко сказал Свете, чтобы она была готова к спешному отъезду, ушел на встречу со знакомой, вернулся поздно вечером, уставший, но довольный, что избавился от вымогательницы. Света сказала, что когда он готовился к встрече с этой знакомой, то у него в глазах мелькнул «волчий» огонек, от которого у нее мороз по коже пошел. Она была уверена, что Мицуко убил эту знакомую, так как после свидания с ней он уезжать передумал и остался еще на несколько дней в Риге. По ходу рассказа Гомбоева Агафонов делал пометки в блокноте: «Улан-Удэ, детдом, тетя Валя. Омск, поезд, больница, аппендицит. Омск, общежитие, прописка — Светлана Николаева?» Посмотрев на последнюю заметку, Агафонов, вздохнув, подумал: «С пропиской будет тяжко. Света — это не ее настоящее имя. Николаева — очень распространенная фамилия. Мы за месяц в омском областном адресном бюро ее не вычислим. Поиски надо будет начинать с Улан-Удэ, с визита к тете Вале». — Теперь о событиях, в которых я принимал участие, — собравшись с мыслями, продолжил Гомбоев. — В первый раз в Омске мы со Светой встретились вечером в пятницу, договорились увидеться на другой день. После ресторана пошли гулять по городу, зашли в парк и остались в нем до утра. Ночью мы сидели на лавочке. В парке — никого, ни души. Света сама прильнула ко мне, и мы занялись любовью. Потом она до утра рассказывала о своих похождениях с Мицуко. Я с первых же слов поверил ей. Как было не поверить, если она была модно одета, в ресторане заплатила за ужин кучу денег. От нее исходил неповторимый, пьянящий запах дорогих духов. Наши крановщицы на стройке такими духами не пользовались — они им не по карману. До приезда Мицуко мы встречались каждый вечер. Я сходил в поликлинику, взял больничный, притворился, что растянул сухожилие на руке. Бригадир плотников-бетонщиков был в ярости, что я в разгар строительного сезона от работы отлыниваю, но мне было по фигу. То, что рассказывала Света, было интереснее, чем на стройке за гроши жилы надрывать. Каждую ночь мы занимались любовью где придется: то в парке на скамейке, то на неохраняемой стройке. — Стоп! — не выдержал Агафонов. — Если у нее была своя комната в общежитии, то какого черта вы по паркам да стройкам уединялись? — Света панически боялась Мицуко. Она сказала, что если приведет меня к себе в комнату, то Мицуко после приезда тут же поймет, что у нее в гостях был мужчина, и убьет ее. — Она тебе сказала, где находится ее общежитие? — Нет. Я даже не знаю, в каком районе оно находится. «Врет», — по глазам понял Агафонов, но разоблачать Гомбоева не стал. — Дня за два до приезда Мицуко Света сказала, что хочет с ним расстаться, и разработала план, как это сделать. Вы не подумайте, что я это все придумал — я бы до такого просто не додумался. Весь план, от начала и до конца, был идеей Светы. Она знала город, куда они приедут и сколько времени там пробудут. Мы договорились так: она пришлет мне письмо с адресом, где они снимут квартиру. Я должен был в середине октября приехать в ваш город, найти ее дом. Если днем на подоконнике на кухне будет открыта левая занавеска, значит, все идет по плану, а если правая — то в плане будут изменения. Я приехал точно в оговоренный день, минута в минуту пришел к ее дому. На кухне была открыта левая занавеска. Света увидела меня в окно, кивнула головой. Я вошел в подъезд, из почтового ящика с номером их квартиры вытащил конверт с письмом для меня. В письме Света назвала место и время, где мы встретимся на другой день. После моего ухода она проверила почтовый ящик, убедилась, что я забрал письмо. Я его разорвал на мелкие клочки и выбросил в мусорный контейнер на другой улице. Мы встретились со Светой в гастрономе через квартал от их дома. Она частенько ходила в этот магазин, когда нужных продуктов в гастрономе за углом не было. Пока Света делала вид, что выбирает продукты, я стоял рядом и выслушивал ее инструкции. |