Книга Счет за предательство, страница 86 – Владимир Колычев

— Дом там, нет никого, — неохотно ответил тот. И даже руки не поднял, чтобы показать на дом.

— Кать, если мы в чем-то виноваты, ты скажи! — Лена не выдержала, взяла Катю за плечи, посмотрела ей в глаза.

— Да вы-то здесь при чем? — Катя отвела взгляд и поджала губы.

А пацаны продолжали подъезжать, причем почти все из первого созыва, те, кто считал рынок своей собственностью. Кто-то уже получил деньги, кто-то еще только собирался. А почему бы не сорвать куш, если Рэм никого не гнал. Нет своего бизнеса, не связанного с рынком, хочешь дальше работать на общее благо, пожалуйста. Но бизнес был почти у всех, у кого-то больше, у кого-то меньше. Все крутились, никто не бедствовал. И это при том, что отстаивать рынок силой приходилось в основном Рэму. Сколько раз его пытались опустить, сколько раз жизнь висела на волоске.

Первым не выдержал Вася, подошел к Рэму и, не глядя в глаза, сказал:

— Рэм, ты бы ехал домой, завтра соберемся, спокойно все обсудим.

— И убийцу завтра искать начнем? Или вы его уже нашли? — усмехнулся Рэм.

Он мог хотя бы попытаться успокоить толпу, объявить о своем решении, доплатить всем так называемым паникерам по миллиону. Но сейчас не время, скажут, что вину свою чувствует. Вину, которую никакими подачками не загладить.

— Да нет конечно. — Вася глянул на толпу, чтобы не смотреть на Рэма.

— То есть ты считаешь, что я мог заказать Мишу?

— Ну-у… — замялся Вася.

— Значит, считаешь.

И еще Вася считал, что Рэм убил и Луку. Если у Весельчака спьяну с языка сорвалось, значит, Чумак, Беляш и все прочие держат это в уме. Пока трезвые. А сегодня нажрутся, и начнется…

— Да нет, просто мы тебя ждали, ну Миша нас всех собирал, Беляш был, Бурый, Кайзер, Берет, много кто был… А тебя не было.

— А меня кто-то приглашал?

— Миша ведь приходил к тебе.

— Не ко мне, а к моей жене! Пьяный в дыню!

— В банк он к твоей жене приходил, избили его там.

— Кто избил? Миша руку на Лену поднял, Толик его остановил, все, больше ничего не было. А чтобы вину свою загладить, меня пригласил на пьяную голову.

— А загладил вину?

Рэм смерил Васю взглядом, мрачно усмехнулся и, увлекая за собой охрану, направился к машине. Все-таки Васю настроили против него, не важно, кто, Беляш или он сам почувствовал себя резко обделенным. Но в чем-то Вася все-таки прав. Не хотел Рэм идти в гости к Мише. Хотя бы потому не хотел, что Весельчак собрал вокруг себя обиженных. И сейчас они пришли к нему домой, чтобы облить обидой и презрением Рэма. Отщепенцы!

Но как бы то ни было, Рэм не пойдет на поводу у своей жабы. Кому не доплатил миллион, тот свое получит. И в самое ближайшее время. В долги влезет, но рассчитается со всем сполна. Чтобы совесть была чиста.

Гиблый имел право на свою долю с рынка, но выходить из дела не собирался, как прежде, возглавлял разведку, но Рэм уже не знал, можно ли ему доверять. Вокруг Весельчака зрел заговор, но Гиблый ничего об этом не говорил. Или не знал, или не хотел сдавать пацанов. А заговор, похоже, уже созрел.

С Гиблым Рэм пересекся по пути домой, Виталик только ехал на место убийства. Рэм позвонил ему, узнал, где он, заехал в кафе, а минут через пять подтянулся Гиблый.

Рэм заказал чашечку кофе и бокал коньяку. Гиблый от спиртного отказался.

— Это правильно, тебе еще убийцу искать. Киллер ушел, менты, сам знаешь, как ищут, если по горячим следам не взяли, суши весла.