Книга Без страха и упрёка 3, страница 99 – Андрей Земляной

Сунжин медленно размял пальцы и снова натянул перчатки, после чего посмотрел на Алексея.

— Если получится дойти до второго этажа без стрельбы, будет совсем хорошо, однако после первого шума внутри нам уже никто такой роскоши не даст.

— На неё и не рассчитываем, поэтому работаем быстро и не начинаем гоняться за каждым человеком по комнатам, — ответил Алексей, проверяя автомат. — Нам нужны кабинет начальника, Бентивиньи и документы, а всё остальное потом заберёт вторая группа.

Гарсиа, сидевший рядом на корточках, прислушался к далёкому голосу инструктора и едва заметно усмехнулся.

— Главное, чтобы ваш немец не решил прогуляться перед ужином именно в тот момент, когда мы наконец начнём.

— Тогда Сарик заработает ещё одну головную боль, потому что ловить через оптический прицел значительно труднее, чем руками.

Шутка получилась не особенно смешной, но напряжение немного спало, а через несколько минут в наушнике раздался голос Тихонова, сообщившего, что цель остаётся внутри усадьбы и операция начинается через три минуты.

После этого никто больше не разговаривал.

Первого часового Восканян снял возле северной калитки, из СВТ с мощным глушителем, второго почти одновременно убрал стрелок из фронтовой группы, а человек на дальней вышке успел только повернуть голову на какой-то звук, прежде чем исчез за деревянным ограждением площадки. Ещё два поста у хозяйственных строений ушли почти одновременно, и школа продолжала жить прежней жизнью, хотя наружное охранение уже фактически перестало существовать.

Сулакшин начал на несколько секунд раньше общего сигнала, потому что телефонный кабель проходил за старым сараем и был доступен снаружи, поэтому связь школы с ближайшим узлом исчезла ещё до первого выстрела. Радиогруппа перешла ограду почти сразу следом, ворвалась в пристройку, где находились радисты, а когда один из немцев попытался добраться до передатчика, короткая очередь прервала эту попытку убив вместе с ним большую часть аппаратуры. Почти сразу возле основания мачты хлопнул заранее установленный заряд, растяжки провисли, высокая конструкция медленно накренилась и рухнула поперёк двора, оборвав провода и издав достаточно шума, после которого скрываться уже не имело смысла.

Ласкин открыл огонь в тот момент, когда двери казармы распахнулись и наружу выскочили первые курсанты, не успевшие даже разобраться, что произошло. Очередь из немецкого пулемёта МГ прошла по земле перед крыльцом, выбила щепу из ступеней и заставила людей мгновенно отшатнуться обратно, однако почти сразу из двух окон ударили автоматы, после чего пулемётчики перестали предупреждать и начали методично давить всё, откуда в их сторону шёл огонь, стреляя прямо сквозь тонкие стены.

Алексей услышал первые длинные очереди уже возле стены усадьбы, куда штурмовая группа дошла через сад почти бегом, пользуясь тем, что всё внимание сражающихся сейчас было обращено к казарме и упавшей мачте. Голубев первым перескочил через низкую каменную ограду, лёг возле кустов и несколько раз выстрелил по человеку, появившемуся у бокового входа, а Руденко почти одновременно дёрнул дверь и обнаружил, что немцы успели запереть её изнутри.

— Назад от двери, сейчас открою, — предупредил он, уже доставая инструмент, но Алексей остановил его и молча показал на разбитое окно немного дальше.