Книга Без страха и упрёка 3, страница 47 – Андрей Земляной

Донован раскрыл свою копию папки на схеме района.

— Прямого подтверждения от Москвы у нас нет и, полагаю, не будет. Но характер удара говорит достаточно много, господин президент. Русские атаковали не железнодорожный узел Винницы, аэродром или обычный армейский штаб. Три самых мощных их самолёта вышли непосредственно на центральную часть личной ставки Гитлера. Наиболее вероятно, что их разведка получила сведения о его присутствии и решила воспользоваться случаем.

Рузвельт перелистнул страницу.

— В таком случае разведка ошиблась. По нашим данным, Гитлер находился в Восточной Пруссии.

— Ошиблась, — согласился Донован, — но я бы не торопился ставить это ей в вину. Подобную информацию практически невозможно подтвердить наблюдением извне. Можно заметить усиление охраны, движение автомобилей, прилёт самолётов, изменение режима связи. Но узнать, сидит ли конкретный человек внутри одного из бункеров, не проникнув в саму ставку, почти невозможно.

Стимсон всё это время рассматривал фотографию разрушенного сооружения. Наконец он снял очки и положил их рядом с папкой.

— Ошибка разведки меня сейчас интересует меньше этой фотографии. Мы уверены, что русские действительно разрушили капитальное убежище, а не обычный полевой бункер?

Донован повернулся к нему.

— Настолько, насколько вообще возможно быть уверенным без доступа на место. У нас есть британские материалы, сведения из нейтральных стран и несколько немецких сообщений. Все они сходятся в том, что фактически уничтожено одно из самых защищённых сооружений центральной части комплекса. Более того, сами немецкие инженеры считают, что взрыв произошёл либо непосредственно под главным перекрытием, либо уже внутри защищённого объёма.

Рузвельт снова посмотрел на фотографию.

— Следовательно, если бы Гитлер действительно находился там, толщина бетона его бы не спасла.

Донован немного помедлил.

— При подтверждённом характере повреждений я бы сформулировал именно так, господин президент.

Стимсон надел очки и придвинул схему ближе.

— Тогда вопрос значительно шире Гитлера. Если Советы способны поражать с воздуха капитальные командные сооружения, это прямо касается всех береговых батарей, защищённых штабов, узлов связи и ряда промышленных объектов. Мне хотелось бы знать, имеем мы дело с несколькими опытными бомбами или они уже готовы применять такое оружие регулярно.

— Пока точного ответа нет, — признал Донован. — Однако после Винницы германское командование распорядилось проверить защищённость нескольких других объектов. Это подтверждают два независимых источника. Значит, сами немцы не считают случившееся обычным удачным попаданием тяжёлой фугасной бомбы.

Рузвельт повернулся к Стимсону.

— Насколько это интересно нашим инженерам?

Военный министр слегка усмехнулся.

— Настолько, что я предпочёл бы поменять эту информацию на нескольких своих агентов. Нам нужны хотя бы примерная масса боеприпаса, способ доставки, характер проникновения и хорошие фотографии разрушений. После этого специалисты смогут сказать, насколько далеко русские продвинулись.

Донован перелистнул ещё одну страницу.

— Носителем, вероятнее всего, был Пе-8, советский четырёхмоторный тяжёлый бомбардировщик. Если сведения верны, специального самолёта для нового оружия им не понадобилось.