Книга Позволь мне разгадать тебя, страница 36 – Юлия Конова

Я шла по территории школы с расправленными плечами и высоко поднятой головой, и показывала всем своим видом, что перешагнула, что ситуация меня не коснулась, что я неуязвима.

Если покажу слабость, они все продолжат давить, не знаю как, но была в этом уверена.

Я подошла к компании своих одноклассников и привычно со всеми поздоровалась. Ребята были рады меня видеть, и никто ничего лишнего мне не сказал, все вели себя как обычно.

Сбоку я заметила Леру, а она меня. В ее взгляде я увидела сочувствие и понимание. Кивком головы указала ей вбок, и мы отошли на приличное расстояние, чтобы поговорить. Обсудить, так сказать, тот вечер.

— Прости, Маш, — начала она.

— Не пойму, тебе есть, за что извиняться?

— Когда вы с Максом уехали, Тихомиров спустился буквально через десять минут вслед за вами, но у него был такой вид, что все всё прекрасно поняли, чем он занимался наверху. Я извиняюсь за то, что не позвонила сразу и не рассказала об увиденном.

Шарик внутри меня сдувается. Я уж испугалась, что она в этом всём замешана.

— Не парься по этому поводу, — говорю ей, — не ты же с ним это делала, — смотрю на время и вижу, что приближается начало урока. — Пойдём.

Заходя в класс, первое, на что я натыкаюсь, это пронзительный взгляд черных глаз, который смотрит на меня умоляюще.

Сухо кивнув Тихомирову, я прохожу по соседнему от него ряду и сажусь за свою парту, прицелено смотрю только вперед, на доску.

Входит учительница, начинается урок, и я на какое-то, непродолжительное время отвлекаюсь, сосредотачиваясь на новом материале, но чувствую, разговора с Тихомировым все-таки не избежать. Что ж, я вполне готова.

Как только звенит звонок на перемену и все покидают класс, передо мной вырастает долговязая фигура моего бывшего парня.

— Маш, прошу, давай поговорим!

— Ну давай, — стараюсь говорить безразлично, хотя все внутри трепещет, и этот контакт для меня значит намного больше, чем я хочу на самом деле показать.

Мы выходим из кабинета, проходим весь коридор. Одноклассники косятся на нас, но молчат, просто наблюдают.

Тихомиров идет впереди, а я на два шага отстаю. Идти рядом нет никаких сил.

Мы сворачиваем на лестницу и поднимаемся наверх, к площадке, где есть выход на крышу, но он закрыт. Мы останавливаемся на небольшом пятачке и смотрим друг на друга. Он пронзительно, а я стараюсь держать маску изо всех сил, чтобы не понял, не почувствовал, как мне больно.

— Ты знаешь, да? — спрашивает, и закусив губу, ждет ответа.

Я ничего не хочу отвечать, и выяснять отношения тоже не хочу. Разбираться кто прав, а кто виноват, мусолить произошедшее. Зачем?

Киваю в ответ и неожиданно говорю:

— Я не виню тебя и не осуждаю. Я лишь хочу поставить точку и спокойно закончить этот учебный год. Живи, как считаешь нужным. Я ничего не требую и не прошу. Просто давай как-то мирно сосуществовать в классе и не давать повода для сплетен, — выпаливаю скороговоркой.

Леша делает шаг вперед и хочет взять меня за руку, но я не даюсь.

— Это лишнее. Если ты хотел обсудить этот случай, то не стоит. Я проболела эту неделю из-за купания в бассейне, а не потому, что страдала по тебе. Да, — вытягиваю руку вперед, потому что вижу, что он хочет что-то сказать, но я жестом его останавливаю, — мне было неприятно и больно, но я переварила, сделала для себя выводы и хочу закрыть эту тему.