Книга Соседские войны, страница 66 – София Чар

И вот ни разу не пожалела. Резко вытянувшееся лицо Ирочки того стоило. На какую-то минуту она точно выпала из реальности, покраснев от злости.

— Врешь!.. — наконец прошипела блонди.

Вру, но тебе этого знать не нужно. В ответ я только улыбнулась, скрестив руки на груди.

— Не-а. Мы уже почти все распланировали на пятилетку: зимой свадьба, а потом шесть детишек в пять лет.

Пед научил меня многому — прежде всего, нести ересь с умным лицом. И сейчас убедить Ирочку мне удалось! Несмотря на то, как бредово звучало то, что я говорила — удалось.

Побледнев, она просто отшатнулась.

— Я… Ты… Мерзавка, и он — идиот! Меня променять на такое пугало! Он еще пожалеет!

Уже жалеет. Не жалеть, когда у соседки крыша периодически протекает, просто невозможно. Но и этого я тоже говорить не стала, только неопределенно повела плечом.

И это Ирочку взбесило еще больше: разъяренно топнув ногой, она вихрем летела из кафе.

— Ну, наконец-то, хоть поем спокойно! — проворчала я.

И лучше бы я молчала. Порой мне вообще кажется, что стоит только сказать что-то подобное, как вселенная снова щелкает рубильником. Спокойно — значит, добавим перцу!

И перец ждать себя не заставил.

— Шестерых? Маша, а ты мои силы не переоцениваешь?

От этого вкрадчивого голоса, который раздался со стороны диванчика, расположенного за моей спиной, захотелось мгновенно провалиться под землю. Да что же за проклятье такое?!

— Неужели в этом городе только одно кафе? — скривившись, я обернулась.

— Да, так и есть. — протянул улыбающийся Воронов.

В первое мгновение мне показалось, что он упивается моим смущением. И во второе, и в третье — тоже. Этот негодяй и правда наслаждался всей этой дурацкой ситуацией.

— Не смей издеваться! — возмутилась я, чувствуя, что острить-то я еще могу, а вот прекратить краснеть ни в какую.

Нужно ведь было ему именно сегодня и именно здесь появиться!

Иронично приподняв бровь, Воронов и вовсе рассмеялся.

— Да разве я издеваюсь? — картинно изумился он. — Впрочем, да, издеваюсь. Имею право, раз меня здесь решили на развод пустить.

Фыркнув, я вообще развернулась к нему спиной, взявшись за кофе. С одной стороны было стыдно, с другой — Воронова хотелось придушить.

— Ох, Маша, как же мне с тобой жить спокойно…

— Уже со мной! Так, что, на шестерых согласен? — не упустив возможности, поинтересовалась я и даже обернулась к нему. Если уж оплошала, буду гнуть свою линию до победного конца.

Вновь приподняв бровь, он только рассмеялся.

— Сколько же в тебе наглости! — протянул мужчина и поднялся с места.

— Что ни есть — все мое. — только и фыркнула я.

А вот нечего смущать девушек и загонять в тупик, мы можем ответно выбросить такое, что дважды пожалеешь, что связался с нами!

Хмыкнув, Воронов смерил меня взглядом.

— Да твое, никому другому такое счастье и даром не нужно.

Ах, ты, нахал! Прищурившись, я попыталась максимально точно скопировать его взгляд. Судя по ироничной усмешке Воронова, вышло не очень.

— Не жалуйся! Может я вообще твоя судьба!

Мать моя женщина, куда это меня понесло? Ну, да ладно, продолжаем в том же тоне, сворачивать поздно. И, судя по лицу Воронова, его это поразило… Ну, если не в сердце, то в печень точно.

Хмыкнув, он вдруг склонился ко мне. Так, это что за наступление? Мигом растеряв весь запал, я осторожно отодвинулась, глядя на этого усмехающегося нахала.