Книга Время лохов, страница 10 – Игорь Безрук

В отделе девчата попеременно мне сочувствовали.

Тихо, чтобы никто не слышал, полушепотом не одобряла решение начальника анемичная Ирочка; украдкой прижимаясь ко мне хрупким тельцем и ни на минуту не отрывая взгляда от входной двери, где неожиданно мог показаться Валерий Львович, сожалела о том, что не будет у нее больше такого, как я, умного, обаятельного, понятливого соседа.

(Я слегка изумленно слушал это аморфное существо, смотрел на ее маленькие грудки под тонкой вязаной кофточкой, на тоненькие козлиные ножки и думал о том, что зря, наверное, в свое время не предпринял возможности за ней приударить. В этом малокровном тельце, быть может, скрывалась необузданная вулканическая страсть.)

Ничего не боялась высказывать вслух Людмила. Она тоже жалела, что я ухожу. По ее мнению, я был нужным в цеху работником (напустил пыли в глаза?). Но может, она так говорила из чувства солидарности — студенческое братство ведь не отнимешь?

Людмилу на удивление поддержали и другие девчата: Эллочка и Инна. Инна скорее всего притворно. Я-то знал, как она относится ко мне на самом деле. Я всегда презирал женщин, которые занимаются интрижками на стороне, но при этом пытаются окружить себя ореолом святости. Инна, как мне казалось, догадывалась об этом.

Впрочем, в эту минуту я был благодарен всем. Хотя бы потому, что этот допотопный мир уже составлял мое прошлое. Может быть, когда-нибудь я его даже романтизирую.

Когда в отделе нарисовался Валерий Львович, я как раз заканчивал свое вымученное заявление на расчет.

— Ты почему не занимаешься шестернями? — спросил Валерий Львович, строго глянув на меня поверх дужки роговых очков.

— Я рассчитываюсь, — бросил я ему между делом, ставя под заявлением змеистую роспись и текущую дату.

Когда я оторвал руку от листа и посмотрел на Валерия Львовича, мне снова пришлось удивиться, так как Валерий Львович неожиданно застыл с полуоткрытым ртом, и кроме его двух близоруких глаз на меня уставились еще четыре пары глаз моих сослуживиц.

Я неторопливо обвел глазами всех по очереди и вернулся обратно к застывшей физиономии Валерия Львовича, который, встретившись со мной взглядом, тут же очнулся и резко махнул головой, как бы стряхивая с себя наваждение.

— Постой, постой, я ничего не понял: что значит, ты рассчитываешься?

— То и значит, Валерий Львович. Я рассчи-ты-ва-юсь, — чуть ли не по слогам отчеканил я последнее слово. — Увольняюсь.

— Но тебя же сокращают? Значит, два месяца ты еще можешь спокойно работать.

— Зачем? — задал я начальнику встречный вопрос.

— Как зачем? — Валерий Львович как будто ничего не понимал. — Ну, хотя бы даже… хотя бы даже, чтобы что-нибудь заработать, пока будешь искать другую работу.

Нелепее ничего нельзя было придумать.

— Вы, правда, считаете, что за два месяца я смогу здесь реально что-то заработать? — спросил я. — Тем более про запас?

— Ну знаешь! — пробурчал Валерий Львович и выскочил за дверь.

Не прошло и минуты, как он снова влетел в отдел и, бросив с порога привычное «зайди», тут же закрыл дверь.

Я поднялся, потянул за собой со стола заявление об уходе и, провожаемый женскими недоуменными взглядами, прошел в кабинет начальника цеха.

— Ярцев, — начальник цеха посмотрел на меня с кислой физиономией, — что ты на этот раз придумал?