Книга Он, она и любовь, страница 36 – Валерия Уфимцева

Я уставился на женщину, непонимающим взглядом.

— Какой чемодан?..

— Так, с вещами, наверно!

На меня, как будто, ступор напал.

Церемония прощания закончилась и процессия, медленно двинулась к месту захоронения. Я подошёл к отцу. Он беседовал с Добряковым. Эшли, прицепившись за руку папы, шла рядом.

— Вы уже знакомы, с вашим новым руководителем? — поинтересовался отец у коммерческого директора.

— Да, мы знакомы, с Александром Максимовичем! — ответил мужчина. — Даже успели обсудить, кое-какие вопросы и…

— Извините, Альберт Григорьевич! — перебил я Добрякова. — Папа, можно тебя?..

Он махнул головой и, отцепив руку девушки, отошёл со мной в сторону.

— Что ты сказал Соне? — прорычал я.

— Что за наезды? Я, вообще, сегодня не видел её! — возмутился отец. — А что случилось?

— Она собрала вещи и уехала!

— Тебя это беспокоит?

— Очень!..

— Не представляю, что произошло!

Внимательно, посмотрев на отца, сказал:

— Я видел вас, с Эшли… В следующий раз, закрывайте, хотя бы, дверь!

Папа стушевался и спросил:

— Ты не против?..

— Нет, конечно!

— Знаешь?.. — замялся он. — Мы расстаёмся с Шелли..

— Как?.. Почему?..

— Наши отношения изжили себя! Мы стали часто ругаться, и в интимном плане, она не удовлетворяет меня!

Удивлённо, взглянув на отца, сказал:

— Если ты собираешься и дальше общаться с Эшли, то приготовься к ежедневным мозговыносам! Что касается интимного плана, тут, я думаю, она устроит тебя, полностью!

Он улыбнулся и, похлопав меня по плечу, вернулся к девушке.

Эшли удивила меня. Она всегда была против такого возрастного мезальянса, а теперь… Что случилось? Влюбилась в моего отца? Да! Папа в свои сорок пять, выглядит, лет на десять моложе, всегда подтянутый, модно одетый. Молодые девушки всегда обращали на него внимание, а наши общие знакомые, не верили, что мы отец и сын. Видимо, теперь эта карма, настигла Эшли.

Девушка подмигнула мне и, вложив свою ладонь, в большую ладонь отца, зашагала, рядом с ним, довольно улыбаясь.

Хотелось стрелой лететь домой, но будет неучтиво, если я исчезну. «Что случилось? Почему она уехала? Нет!.. Здесь, что-то не так!» Я не мог больше ни о чём думать. «Куда она поехала? Где искать её? Я, ведь, практически ничего не знаю о Соне! Кто её друзья, чем она интересовалась, чем жила, до встречи со мной?»

После погребения, всех пригласили в зал, где пройдут поминки. Люди, с воодушевлением, занимали места за столами, ломившимися от всяких деликатесов. «Странный обычай! Как будто не на похороны пришли, а пожрать!» — подумал я. «В Штатах, такого нет».

Ко мне подходили незнакомые люди, со словами соболезнования, но я только растерянно глазел на них и махал головой, соглашаясь.

В толпе промелькнул Фишман. Я извинился, перед очередным сочувствующим и, отодвинув его в сторону, направился к Генриху Яновичу. Он не сразу увидел меня, а когда увидел, убегать, было поздно. Схватив его под локоть, с силой, потянул в сторону, от любопытных глаз. Фишман, испуганным голосом, заверещал:

— Что вы себе позволяете?

— Где Соня?

Мужчина вырвал руку из захвата и удивлённо посмотрел на меня.

— Почему вы у меня спрашиваете?

— Когда ты, последний раз, говорил с ней?

— Она не хочет со мной говорить! Избегает меня!.. — расстроено произнёс он, потом, немного взбодрившись, сказал: — Завтра оглашение завещания! Думаю, она появится! Я буду в особняке в 12:00!