Книга Приручить и обезвредить, страница 30 – Витта Лин

— Нет. Скажи спасибо, что медицинскую справку не попросила, и то, это только потому, что тебя по работе проверяют. Так вот. Это вазочка свиданий. Мы напишем на листочках как хотели бы провести время вдвоём. Сложим записки в вазочку и будем вытаскивать по очереди и организовывать свидания мечты друг для друга. Заодно и интересы друг друга прочувствуем.

— А ты с изюминкой, кошка. Или это тараканы?

Лёша притягивает меня к себе. Сейчас я стою между его широко расставленных ног. Он держит меня за попу, периодически сжимая. Смотрю в его карие глаза. Красивый, зараза. До сих пор сомневаюсь, что выдержит долго в моногамии. Но сердечко сбивается с ритма от его рук.

— Ты правда хочешь?

— Очень, Лёш! Давай напишем!

— Ну давай…

Минут тридцать мы ломаем голову над вариантами возможных свиданий, и когда, наконец, все пожелания выписаны, маленькие сложенные бумажки отправляются в вазу.

— Я всё! – я радостно восклицаю.

— И что теперь?

— Вытаскивай одну записку! – потираю руки, как ребёнок в ожидании Деда Мороза с мешком подарков.

Он берёт вазочку, засовывает в неё два пальца, перемешивает бумажки и достаёт первую записку.

Его глаза сначала увеличиваются, а потом окрашиваются отчаянием.

— Концерт классической музыки. Ты любишь такое?

— Слушать люблю, но ни разу не была на концерте, – я разве что не хлопаю в ладоши от радости.

— Ну, раз твоя душа просит… Пойдём в филармонию.

Он достаёт телефон, что-то ищет.

— Завтра будет концерт. Билеты, правда, остались только на балкон. Идём или ищем с билетами в партер?

— Идём завтра!

— Дресс код?

— Ты в костюме, можно без галстука.

— На что только не пойдёшь ради дикой кошечки. А теперь, в спальню!

Поднимает меня на руки и несёт на кровать.

— Ты сейчас такая…

— Какая? Сумасшедшая?

— Открытая, счастливая и красивая.

Алексей

На следующий день заезжаю за Мартой в костюме и пальто. И честно говоря, это пиздец. Непривычно, тесно, неудобно. Я не любитель классической музыки. Вот совсем. Но надо, значит надо. Хочу сделать приятно ей.

Встречает меня на пороге. Я аж замираю без слов.

— Лёш? Ты чего так смотришь?

А как не смотреть-то? Я сорвал джек-пот!

— Ты красивая. Очень.

Как она это делает? Вот вроде и минимум косметики, волосы распущены, только волнистые сегодня. А выглядит как чистый, мать его, секс.

— Может ну её, эту филармонию?

Обнимаю Марту, сразу же забираюсь руками под юбку и сжимаю любимую попочку. Где-то в районе паха теплится надежда, что Марта сейчас скажет: «К чёрту музыку, пошли в спальню!».

— Хочешь, я тебе такой концерт в спальне устрою, соседи оценят твои вокальные данные.

— Нееет.

— Ну, не хочешь в спальню, можем – на кухню.

— Хочу рояль, большой зал и музыку.

Обречённо вздыхаю. Это ж сколько мне сидеть рядом и не лапать её.

— Тогда поехали, потому что если задержимся ещё – через тридцать секунд я оставлю тебя без платья. И без трусов.

В филармонии оставляем пальто в гардеробе и проходим в зал.

Рассаживаемся, ждём начала концерта. Гаснет свет в зале, загорается на сцене.

Зал взрывается приветственными аплодисментами. Первые звуки музыки очень бодрые, надеюсь, что так будет подольше.

Но чем ближе к середине концерта, тем чаще начинаются какие-то заунывные мотивы. Кому такое нравится? Я непроизвольно зеваю. Кошка смотрит на сцену горящими глазами. Только её довольное личико сдерживает меня от того, чтобы встать и унести её отсюда.