Книга Ты меня предал, страница 30 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— В чём же я тебя предал, Рустам? В том, что хочу сделать твою сестру счастливой?

— Ты не сможешь. Твоя жизнь — это поле боя. Зачем ей туда? Она домашняя девочка. Ещё и проблемная, — медленно остывает. Злость сменяет беспокойство.

— Её единственная проблема, Рус, это окружающие её люди. Они, то есть вы, в неё не верите. Ты лишаешь сестру права любить и быть любимой, потому что решил, что она какая-то не такая.

— Я люблю свою сестру, Ворон! — рычит он.

— Знаю, Рус. И надеюсь, что ты вспомнишь сейчас всё, чему я тебя учил с твоих восемнадцати лет. Успокоишься и подумаешь над тем, что я сказал.

Он присаживается на корточки и нервно водит ладонью по волосам. Поднимает на меня взгляд, щурится от солнца.

— Я заберу Иру, Рустам, — спокойно говорю ему. — И докажу ей, что она красивая, умная и сильная девочка. Ты же знаешь, что твоя сестра именно такая. Зачем ты её топишь?

— Я за неё боюсь. За её сердце, Ворон. Твой образ жизни… Наш образ жизни ей не подходит, — упирается он, но уже не так уверенно.

— Пусть Ира сама решает, что для неё подходит.

— Там договор, — поднимается с корточек Рустам, — и много устных договорённостей. Асад не отступит.

— Я попробую решить с Асадом…

У Ахмедова дёргается глаз, а я тихо смеюсь.

— Нормально попробую решить. Словами. Можешь не одобрять меня пока, если тебе так легче, но, во-первых, не мешайся, а во-вторых, не смей мешать личное со служебным. Ты понял меня?

Сопит стоит, но всё, погас, успокоился. Молодец.

— Понял.

— Не понял! — рявкаю на него.

Вытягивается по струнке, дёргает подбородок выше.

— Есть не мешать личное со служебным, товарищ майор, — отвечает Ахмедов и криво усмехается.

— Пошли в зал. У тебя штрафные отжимания за опоздание на тренировку, — толкнув его в плечо, пропускаю перед собой.

«Привет»— приходит сообщение на мой телефон, и в зал я вхожу с улыбкой. Правда, пацанов почему-то перекашивает. Не важно. У меня мотор в груди от этого привета опять бьётся в три раза быстрее.

Ирина

После помолвки я под домашним арестом. Уж не знаю, Рустам ли помог или ещё какие-то прегрешения, но из дома меня выпускают только на учёбу, и всё. Никаких контактов с остальным миром. У меня есть только два варианта: получать знания и готовиться к свадьбе.

Я не спорю и вообще лишний раз стараюсь не отсвечивать. Самое главное, мы на связи с Павлом, переписываемся по смс. Я очень стараюсь не влипать с головой и дозировать наше общение, но получается плохо. Он, как запретный плод, манит и манит. А я не могу противостоять этому притяжению. Лечу к нему, как мотылёк к огню.

— Ирада, подойди сюда!

Слышу голос отца и едва не подпрыгиваю от неожиданности. Телефон вылетает из рук, но мне каким-то непостижимым образом удаётся его поймать. Прижимаю к груди и часто дышу, стараясь успокоиться. Нельзя же так пугать, чуть не поседела.

Прячу мобильник так, чтобы никто не нашёл, и быстро спускаюсь вниз.

— Что случилось?

Отец трёт подбородок пальцами и окидывает меня задумчивым взглядом.

— Собирайся. Поедешь с Эльмирой в салон, — кивает на свою жену. — Выбери платье по душе.

— Но…

Пытаюсь возразить, но аргументов так и не появилось.

— И не скупись, — расплывается в улыбке. — Асад оплатит расходы. Ему для тебя ничего не жалко.

Я лишь мысленно закатываю глаза. Плевать мне и на Асада, и на его «не жалко». Осталось совсем немного, и Паша заберёт меня. Он обещал. Я верю ему. Но пока лучше не лезть на рожон и не ругаться с отцом.