Книга «Я сам свою жизнь сотворю…» «Мои университеты». В обсерватории. На аэродроме, страница 60 – Геннадий Кумохин

Заканчивался первый год моей службы в армии. Нам уже успели присвоить очередные воинские звания — старших лейтенантов. Я считал, что вполне освоился в здешних условиях, и больше никаких непредвиденных обстоятельств ожидать не стоит.

Стоял чудесный теплый денек, какие бывают здесь в самом начале осени, когда жара уже не донимает с самого утра, а стоит ровная погожая пора, которая может продолжаться здесь еще долго, пока не закончится резкой сменой погоды, после чего почти сразу наступит зима.

Мы шли вдвоем с Толей Кубаревым, таким же, как и я «двухгодичником», по единственной центральной улочке военного городка, идущей от Дома офицеров до остановки автобусов.

Я отправлялся на службу — через пару часов нашей второй эскадрилье предстояли полеты, а Толик, как техник по радиооборудованию, не входивший в состав наземных экипажей, был в этот день свободен.

Толик, красивый, высокий парень, обладал легким характером и мог быть приятным собеседником. Вот и сейчас он что-то оживленно мне рассказывал, а я посмеивался его сообщению.

Мимо нас прошло два или три офицера. Я мельком взглянул на их погоны. Ага — у всех по одной звезде, значит, можно не козырять. Я уже привык к неписаному правилу, царившему в нашем городке: отдавать честь требовали только штабные и то только в должности подполковника, но таких в дивизии было мало, а полковник был только один — командир дивизии, «джигит», как его за глаза называли, имея в виду кавказское происхождение, так что я, кажется, ничего не нарушил.

Однако один из офицеров был со мной не согласен:

— Товарищ офицер, — услышал я голос, — вы почему не отдаете честь старшему по званию?

Я посмотрел по сторонам, но никого кроме нас с Толиком, к кому могло относиться это замечание, поблизости не было. Толик был в штатском, а на мне был синий комбинезон и воинская фуражка — значит это ко мне. Я повернулся, отдал честь и произнес:

— Извините, товарищ майор, не заметил.

— Что?! Какой майор? И вообще, кто вы такой?

И тут я с ужасом увидел, что звезда у недовольного «майора» была действительно одна — но большая! И погон был без просветов — генеральский.

Вот так влип. И тут я вспомнил, что нашему комдиву совсем недавно присвоили генеральское звание.

Я решил быть честным:

— Старший лейтенант второго полка Кумохин. Следую на аэродром для проведения полетов, — и добавил, — да «двухгодичник» я, товарищ генерал.

— А, двухгодичник, так бы и сказал, — произнес комдив уже смягчаясь,

— идите!

Я неловко повернулся.

— Стойте, через какое плечо вы поворачиваетесь?

Я возвратился в исходное положение. Приложил руку к фуражке.

— Ладно, идите!

Во время всей этой сцены Толик молча стоял в сторонке, а затем тихонько юркнул в соседнее здание — офицерское общежитие.

Я же, ни с кем больше не встречаясь и не разговаривая, дошел до остановки, молча сел в автобус, который тотчас же тронулся, и минут через двадцать прибыл к нашей эскадрилье, где уже стояли офицеры, готовясь к построению.

Меня встретили как какую-то кинозвезду.

— Ну, Кумохин — хлопнул меня по плечу мой старший техник Тимоха, — расскажи, как ты генерала майором обозвал?

Просто ума не приложу, как они обо всем узнали? И, главное, так быстро.