Книга Она, страница 5 – Владимир Любимов

Она сжала мою ладонь в ответ.

О, чудо!

Происходящее застыло в мгновении. Секунде. Словно мы персонажи картины или фотографии. Моё сердце ещё только готовилось к новому удару, когда я понял.

Она боялась меня потерять.

— Отпусти. Ты же не сможешь меня простить. Да, те бабки у подъезда были правы. Они видели, с кем и когда я ухожу. Но ни один… Ни один, понимаешь? Отпусти.

Её слова сняли время с паузы, и моё сердце пришло в движение.

— Не отпущу.

— Почему?

— Потому что люблю.

Её счастливое лицо я запомню навсегда. Заплаканные глаза, щёки с размазанной тушью и солёные губы я пронесу сквозь годы и буду вспоминать на смертном одре.

Чем бы этот вечер ни закончился, и как бы ни сложилась наша судьба, я не забуду.

Когда мы вышли из автомобиля, во мне кипела смесь эмоций. Во-первых, я избавился от груза переживаний и обид, признавшись в чувствах. И, наверное, признался в первую очередь самому себе. Во-вторых, я был счастлив, ведь мои чувства, несмотря на всю странность наших отношений, взаимны. В-третьих, оказалось, я зря про себя ругал водителя, решив, что он остановил машину, поддавшись уговорам моей возлюбленной. Шофёр, как истинный профессионал, выполнял свою работу, и автомобиль остановился лишь по той причине, что мы прибыли в нужное место.

Взяв Её за руку, я шагнул навстречу престижному ресторану. Услужливый швейцар поклонился и открыл нам дверь. Хостес, приятная длинноногая девушка лет двадцати, приветливо улыбнулась, проверила бронь и отвела нас к столику.

В Её глазах виднелось недовольство. Видимо, я слишком уж пялился на девушку. Ай-ай-ай, ну нельзя же так. Только что признавался в любви одной, и сразу же таращусь на другую. В голове возник образ рефери, назначающего штрафной. Я невольно и, наверное, глупо улыбнулся. Думаю, Она приняла это за извинение, и потому ничего не сказала.

Пока не сказала.

Я же знаю, запомнила, чтобы, когда вернётся домой, записать.

— Итак, — Она игриво сверлила меня взглядом. — Ты явился ко мне как снег на голову, чтобы что? — кажется, она намеренно использовала эти слова, чтобы сделать побольнее. — Просто пригласить поужинать? Или мы отмечаем что-то важное? — Она обвела взглядом мой костюм и богатое внутреннее убранство ресторана. — Дорого обошлось, наверное.

— Деньги — пыль.

Она многозначительно посмотрела на меня и произнесла:

— «…но эта пыль страшна тем, что полностью ослепляет глаза и дочерна пачкает сердце». Симеон Афонский.

И почему я не удивлён? К своему стыду, я не знал полного выражения и кто его изрёк.

Эрудированность — черта, что мне нравится в Ней. Когда Она заставляет меня узнавать что-то новое и таким образом развиваться, это на вес золота.

Многие мужчины сходят с ума от вида женской груди или бёдер, а я тащусь от ума. Вот если в женщине внешне есть всё, но за фасадом пустышка, то дело труба. Не знаю, может со мной что-то не так. Если самая красивая на свете девушка скажет какую-нибудь ересь, у меня даже не зашевелится. Уж извините.

Другое дело Она: умна, красива, кокетлива. Может подколоть, причём метко. Это держит в тонусе. Даже порой не стыдно проиграть в словесной дуэли. А иногда и вовсе хочется поддаться.

Мы сделали заказ. На официантку, тоже довольно симпатичную, я старался не смотреть. Второй раз Она мне не простит.