Книга Небеса молчат, или Поцелуй Люцифера, страница 23 – Кира Полянская

— Нет, — бесцветно ответила Эрика.

— Если хочешь, могу снять тебе комнату?

Эрика вышла из позы лотоса и спустила ноги с кровати.

— Нет. Не нужно. Я не могу находиться одна.

— Почему? — наморщил лоб Саша.

Эрика опустила глаза, потом осмотрелась и тихо ответила:

— Меня хватают за руки и за ноги, когда я оказываюсь в состоянии беззащитности. Мое тело остывает, и я попадаю в холодное царство теней. Они все смотрят на меня меняющимися постоянно лицами. Я чувствую себя омерзительно. Мне холодно и негде спрятаться. Пока кто-то не входит в палату и не берет меня за руку. Этот кто-то всегда вытаскивает меня оттуда. Мне становится очень хорошо. Светло и тепло.

— Кто это? — спросил Александр, дослушав жуткий рассказ. У него во рту пересохло, и он сглотнул.

— Наверное, мой ангел. Я чувствую его присутствие. Иногда отчетливо, так, что, кажется, вот-вот дотронусь до него. Иногда он куда-то удаляется. А когда со мной кто-то близко, это тоже хорошо. Знаешь, ты мог бы поспать тут рядом… Мне было бы спокойнее.

Саша снова сглотнул. Ему все-таки казалось, что он сходит с ума.

— Хорошо. Я сейчас все перенесу сюда. Пока схожу за одеялом.

Эрика снова села в позу лотоса и прикрыла глаза.

Когда Александр вернулся с одеялом, его кровать уже стояла в комнате Эрики. Он остановился как вкопанный и посмотрел на девушку — он был уверен, что она не выходила из комнаты ни на секунду.

— Ты боишься меня? — спросила Эрика грустно. — Я просто хотела помочь.

— Нет, я не боюсь.

Умные грустные глаза снова проникли взглядом в самое его существо.

— Нет, боишься. Не надо. Я не хочу быть для тебя ведьмой.

— Прости. Просто мне нужно привыкнуть ко всему этому.

— Ты столько верил во все это, но не привыкаешь к этому сразу…

— В желание проще поверить, чем в его исполнение, — улыбнулся Саша. — Я пока пойду, умоюсь, а ты ложись.

Эрика кивнула, и Саша ушел. Она вздохнула и осмотрела комнату. Часы, мерно тикающие на стене; две картинки в рамочке — пейзаж и еще что-то абстрактное; шкаф, тумбочка, на которой стоит светильник с двигающимися внутри жидкими шариками, окно. Напротив ее кровати у стены кровать Саши. Слева — дверь в коридор и остальные части квартиры, книжный шкафчик с прозрачными створками.

Эрика подползла к нему и, не слезая с кровати, открыла одну из створок. Потом достала небольшого размера томик Гумилева и, полистав, улыбнулась.

Эрика положила книжку на кровать и переоделась в пижаму, затем сняла с постели покрывало и накрыла первое одеяло теплым, что принес Саша. Залезая под него с книжкой в руке, она в последний раз огляделась и спокойно вздохнула:

— Они пока еще меня не нашли, — прошептала она и улеглась.

Вскоре пришел и Александр.

— Ты любишь его стихи? — спросил он, тоже залезая под одеяло.

— Да. Ничего, что взяла?

— Нет, конечно. Все нормально. Бери, что хочешь. Ты будешь читать?

— Да, немного.

— Хорошо. Выключи потом светильник.

Саша повернулся к шкафу и закрыл глаза. Мысли его были далеко от желания поспать.

— Спокойной ночи, — пожелала Эрика.

— Тебе тоже.

Саша открыл глаза и уставился в деревянную дверцу шкафа. Он хотел понять. Природа и суть сверхъестественного казалась ему и влекущей, и в то же время жуткой. Он хотел, чтобы все встало на свои места. Чтобы Эрике перестали являться всякие ужасы, чтобы Мара, наконец, образумилась и перестала творить все это безумство, чтобы все стало хорошо. «Светло и тепло». Чтобы его тоже настигла чья-то рука и вытащила из этого ужасного жестокого мира.