Книга Быть невесткой, страница 55 – Таня Балер

По мне, в последнем она переусердствовала. Не то чтобы с Аллой Олеговной нельзя дружить, но тётя Аля — человек мягкий, и из-за отсутствия мужчины, ребёнка или хотя бы кошки/собаки потерялась. За почти два года встреч в гостях у свёкров я ничего интересного о ней не узнала. Только то, что у неё получается самый вкусный шоколадный торт, который я пробовала, и что она никогда ни с кем не спорила, предпочитая кивать и не отсвечивать, словно боясь, что её прогонят, скажи она не то слово.

И я вижу в этом тлетворное влияние частого и регулярного общения с Жабо, ой, Аллой Олеговной. Она просто подавила золовку, но это уже неважно.

Так вот женская болезнь Алевтины оказалась раком.

Ей всё вырезали, и она научилась с этим жить, но он вернулся и очень быстро принялся добивать её организм. Женщину положили в больницу, а на Новый год запланировали отпустить домой, потому что лечение уже ни к чему не приведёт, а так она хоть праздник проведёт в семейном кругу.

Точной даты её смерти нам не назвали, но дали понять, что это её последняя зима.

Поэтому раздувать конфликт и ссориться было не время. Хоть кое-кто и сама напрашивалась.

По этой же причине мы не поехали на новогодние каникулы к моим.

Если уж Алевтину Викторовну отпустили к семье, не дело уезжать в другой город её единственному племяннику и внучке.

И хоть инцидент с сумкой и недопонимаем мы решили замять, этой историей я поделилась с Машей и Мариной. Прикольно же получилось!

Маша посмеялась над сюжетом, посочувствовала мне и порадовалась за себя, ведь у неё такой свекровищи нет.

А вот Марина…

— Это из-за меня, надо было сказать, что ты сумку для Володи купила, — нашла она в себе крайнюю. — Давай, я ей позвоню и всё объясню?

— Это не из-за тебя, а из-за того, что твоя мама и Алла Олеговна любопытные сплетницы. В следующий раз рассказывай только про себя, а то мама Вовы в любой информации обо мне найдёт повод для придирки.

— Моя мама такая же, переживает из-за пустяков и советы даёт, будто я школьница, а не взрослая женщина. Их не переделать, остаётся только спокойно общаться, чтобы они не нервничали.

— Не знаю, стала бы я прогибаться, если бы моя мама этого требовала, но уж ради чужой мамы себя ломать точно не буду. В моей семье решаю я и Вова, наставники и кукловоды из числа родственников мне не нужны, — ответила я ей. А поймёт она и станет менее услужливой для своего же блага, или расскажет мамам, что я проявляю своеволие и неуважение, её личный выбор.

Вернёмся к Новому году и Алевтине Викторовне.

После того раза, когда Вову обвинили во лжи, а меня в издевательстве, с его родителями мы не виделись до 31 декабря.

Свёкор на нас не обижался, сыну звонил и, возможно, уговаривал его не обращать внимания на мамочкины закидоны. Точно я не знаю, у мужа не интересовалась, чтобы не искушать себя возможностью позлословить о лезущей не в своё дело свекрови.

Но зато мы общались с тётей, ведь именно у неё в квартире решено устроить празднование.

За три дня до волшебной ночи мы приехали к ней с настоящей лесной красавицей и нарядили на радость ей и Алёнке. У себя решили обойтись гирляндами на окнах, чтобы наша активная девчонка не штурмовала ёлку, проверяя её и себя на устойчивость и прочность.

Ещё я предложила помощь в готовке, но тётя Аля отказалась, аргументируя тем, что они с Аллой Олеговной уже расписали и поделили меню.