Книга Как родные, страница 5 – Таня Балер

Приходить на обед к той, кто тебе совсем не рада?

Пассивно наблюдать за тем, как «подруга детства» обхаживает мужа?

Сносить всё это молча и не высказывать претензий мужу?

Она строит из себя жертву! - провозгласит высший разум и этим докажет, что не настолько уж он и умён. То есть может и разумен, но не отличается сообразительностью в сфере чувств и эмоций.

Дарья Александровна второй год как Ламанова не страдала от ежедневных нападок, не находилась под постоянным гнётом со стороны тех, кто должен её любить и поддерживать, не была бесправной приживалой в чудом доме, от безвыходности вынужденной терпеть скотское отношение.

Она не выбрала для себя осознано роль жертвы и не имела мазохистских наклонностей, но всё же в некотором роде она была чудачкой. Ведь находясь ещё в достаточно молодом возрасте, умела владеть собой и идти на компромиссы.

Даша раз в неделю вместе с мужем ездила к его родителям, делила с ними пусть и ужасно жирный, но вкусный обед, слушала и поддакивала в нужный момент, когда ей что-то говорили, поддерживала приятельские отношения с Ларисой и была вежлива с Олесей.

«Владимирович и Ларчик меня приняли – уже хорошо, ведь нет закона, по которому семья мужа должна обожать невестку, - спустя полгода попыток заслужить расположение свекрови приняла как данность Даша. - Пару часов в неделю проявить уважение и терпение – не большая плата за Васино спокойствие. Обязанность жены – заботиться о муже, я свой долг выполняю, а набиваться в лучшие подружки к его матери необязательно».

И с этой истиной она достаточно легко научилась жить.

Но вот с данностью в лице Олеси, которая по собственным заверениям относиться к Васе как к любимому младшему братишке, смириться было тяжелее. И даже придуманное для собственного успокоения оправдание:

«Для неё Васька навсегда остался пухлощёким малышом, бегающим за ней и Ларчиком любопытным хвостиком, вот она и тискает его по старой памяти», - срабатывало через раз, и всё чаще Дарье приходилось успокаивать себя по другому:

«Хорош накручиваться! - говорила она себе. - С твоей наследственностью ревность и собственнические замашки противопоказаны!»

Не то чтобы девушка презирала эти чувства, считая их низменными и недостойными, скорее опасалась, с детства видя дурной пример. Родители вырастили её и выучили, давали всё, что нужно, чтобы она не чувствовала себя обделённой, но на первом месте у них были их чувства к друг другу, а не забота о единственной дочери. Точнее, их взаимный вулкан страстей, с эмоциональными ссорами по поводу беспричинной ревности, проверок пришедших на телефон смс, чаще всего оказывающихся рекламными рассылками, и настолько страстными примирениями, что в первом классе маленькая Даша стала обладательницей плеера и больших наушников, которыми спасалась от звуков «родительской любви». И приводила гостей девочка только в периоды затишья, случавшегося после ссор с обвинениями в нелюбви и угрозами развода. Повзрослев, девушка поняла, что для отца это всё было потаканием жене, что-то вроде профилактики от скуки, а вот для мамы всё было серьёзно и по-настоящему, поэтому она опасалась, что и в ней может проснуться патологическая ревнивица.

Вот такая осторожная и способная идти на компромиссы наша Даша. И как можно не радоваться такой невестке?