Книга Как родные, страница 11 – Таня Балер

— А фотоальбомы далеко? Давно мы старые фотографии не смотрели.

Даша было страшновато под присмотром свекрови хозяйничать сначала на её кухне, а потом в зале, открывая шкаф и доставая тяжёлые и выцветавшие фолианты с чёрно-белыми фотокарточками и новые альбомы с цветными изображениями. Но всё обошлось, и до возвращения Ивана Владимировича они мирно сидели рядом, Наталья перечисляла кто, где и когда был запечатлён, а Даша слушала и осторожно перелистывала страницы. А ещё через полчаса за ней приехал муж.

До снятия гипса Дарья ещё трижды навестила свекровь. В предпоследний раз та сообщила, что узнала рецепт печенья, и на следующую встречу девушка приехала с продуктами, чтобы под строгим контролем Васиной мамы испечь так понравившийся ему десерт.

И вот младшая чета Ламановых впервые на пять недель едет на субботний обед к старшей.

— Лариса с Лесей обещали с готовкой помочь. Все только нас ждут, - проворчал Вася, вынужденный ехать в объезд из-за перекрытой в связи с ремонтными работами дорогой.

А вот Дашу эта мелочь не расстроила.

Последний месяц она была на подъёме. Работала с вдохновением, купалась в любви мужа и перестала чувствовать изжогу при мысли о его Наталье Васильевне.

А сейчас она впервые так беспечно ощущала себя перед семейным обедом.

Поначалу девушка волновалась, старясь понравиться родителям жениха, а потом и мужа, после же настраивала себя на то, чтобы держать лицо и с достоинством вытерпеть неприязнь свекрови и кокетство подруги детства. В этот же раз она не ждала ничего плохого, и если бы умела, то стала бы насвистывать, проживая ещё один день своей прекрасной жизни.

Короче, Даша напрашивалась на то, чтобы её отрезвили.

И это случилось. Хоть и постепенно.

Олесю и Ларису Дарья не видела с последнего семейного обеда – с «до гипсового» периода.

Нельзя сказать, что она сильно соскучилась по общей подруге детства, но благодушный настрой позволил ей без проблем ответить на лёгкое объятие, которым та её приветствовала, и спокойно воспринять то, как она прижалась к Васе.

Странно было приехать на обед к Ламновым старшим и ещё на лестничной площадке не учуять запах чего-то жареного/тушёного/печёного. И всё же из кухни пахло чем-то съестным.

— Я шарлотку забабахала, - сообщила Лариса.

«Так тёплые яблоки пахнут», - только с подсказкой сообразила Даша.

— Значит, чай будем пить без десерта, -  сказал её муж и отскочил, избегая заслуженного пинка от старшей сестры.

В этот раз Наталья Васильевна никак не задевала невестку, но и расположения не выказывала, а просто не замечала.

Когда пришло время садиться за стол, она села не на своё традиционное место между детьми и напротив мужа, а рядом с Олесей, и никто ничего не сказал, включая Ларису, которая в растерянности замерла за её спиной, потом почесала кончик носа и, молча, приземлилась на место матери.

В общей беседе свекровь не участвовала, сконцентрировав внимание на дочери своей подруги.

«Это сочувствие или умиление? На меня так она никогда не смотрела… Не то чтобы мне это нужно. Исподлобья не зыркает – и то хлеб. Или она так села, чтобы быть напротив сына, а не мужа? Наверное, бедный Владимирович в немилости».

Из-за начавшегося по телевизору футбольного матча, вызвавшего интерес мужчин, услышать, о чём они перешёптываются, было нельзя, но общий разговор Наталья Васильевна отслеживала. И когда Иван Владимирович предложил сыну: