Книга Любовь проходит?, страница 7 – Таня Балер

Картина выходила такой:

Тёте Свете изменял муж.

И главное, что изменять он не хотел, а был ласковым мужем и заботливым отцом их дочери, что на тот момент была старшеклассницей и виделась Кате совсем большой. Ещё он мастером на все руки и всегда был готов помочь. Так сказать, со всех сторон золотой души человек. Но одна женщина по имени Гульнара его приворожила. И поэтому периодически он пропадал на несколько дней у неё, а потом возвращался со следами попойки и на коленях просил у жены прощение.

Тётя Света и кодировала его, и в церковь ездила, но ничего не помогало, дольше полугода он не выдерживал, тёмные силы его подавляли, тело начинало слабеть, и мужчина мучился, пока в один день не пропадал, чтобы вернуться здоровым, но пьяным и с чувством вины.

А тётя Света расстраивалась, но прощала, потому что муж её любит, всё для неё и дочери делает, и это не он виноват, а приворот Гульнары.

Что на это отвечала мама, Катя не вспомнила, а, окончательно проснувшись, подумала, что усатый добрый дядя, который в её детских воспоминаниях подвозил их с мамой на своей газельке, тот ещё выдумщик!

А ещё она подумала, что если женщина хочет обмануться, то поверит в любую ерунду.

Переписка? Это номером ошиблись, или холостой друг телефон мужа брал.

Засос? Пчела укусила, или ворот натёр.

Царапины? Кошка на спину запрыгнула.

С бывшей встречался? У неё беда, а он добрый и помогал.

Не ночует дома? Завал на работе.

Поймала мужа на измене? Приворот.

Забухал? Это черти его с пути сбивают.

«Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» — у каждого своё.

Главное, что Екатерина не такая.

Катя не осуждала таких женщин, уходить или оставаться после измены личное дело каждого.

Но сама бы так не смогла.

Хм… И к чему этот сон-воспоминание?

Следующие дни мысли были под контролем, а интуиция заткнута, потому что декабрь сам по себе шумный, и предостерегающий писк уже не раз доказывающего свою некомпетентность чутья был легко заглушён.

О беспокойстве супруги больше не заговаривали, обсуждая обычную для этого времени года нервотрёпку и детство.

Не своё детство, а сына.

Когда на улицах появились первые ёлочные базары, Катя спросила у ребёнка, не хочет ли тот настоящую лесную красавицу, вместо искусственной, что ждёт своего часа в коробке на антресоли.

Наряжала елку всегда она, а Костя и Саша смотрели и давали советы, но любовалась результатом вся семья.

Польза от советчиков была в одном, они следили, чтобы семилетний Кеша не проявлял нездоровую активность в отношении ёлки. Несмотря на осознанный для кота возраст, тот иногда выкидывал что-нибудь глупое. Однажды от растерянности они сразу же на месте вытянули из питомца около тридцати сантиметров тонкой фиолетовой ленточки, не сообразив, что это может повредить кошачьи органы, и с тех пор дождик был вычеркнут из списка украшений.

Так вот о детстве.

Услышав о ёлке, Саша заявил, что ему без разницы, потому что он взрослый, давно знает, что Деда Мороза не существует, и вообще не видит смысла в этом празднике.

Если бы семиклассник верил в Дедушку Мороза, это стало бы поводом для беспокойства. Катя и Костя старались сохранить сыну веру в сказки, но критическое мышление никто не отменял, и они знали, что как только их обожаемое чадо пошло в школу, ему от более продвинутых сверстников начала доходить информация. Информация из серии: откуда берутся дети, чем родители занимаются по ночам, и кто приносит подарки. О последнем он знал уже лет пять и не забывал говорить спасибо, находя первого января под ёлкой подарок от доброго волшебника.