Книга Замуж по переписке, страница 38 – Нита Вольская, Злата Леманн

Огромная палата была заставлена медицинским оборудованием, которое мигало, пищало, шумно «дышало» и издавало другие звуки, свидетельствующие о том, что здесь находится не простой больной, а тот, в ком жизнь поддерживается искусственно.

Сергей лежал на кровати почти весь перебинтованный: голова, рука, грудная клетка. Нога – на растяжке. В рот была вставлена кислородная трубка, и ещё какая-то - в нос. От его неповреждённой руке и верхней части груди тянулись две системы и провода нескольких аппаратов.

Медленно приблизилась и заглянула в лицо. Бледный, недвижимый, совсем не тот, с кем я встречалась в кафе и ходила в кино. Сейчас он больше напоминал беспомощного мальчишку, которого без причины лупили мои одноклассники.

Прошептала:

— Серёжка, любимый, я здесь, рядом. Не вздумай умирать, слышишь? Теперь мы вместе, как тогда, в третьем классе. Помнишь? И мы справимся.

Осторожно взяла в свои руки его ладонь. Холодная. Безжизненная.

В палату вошёл мужчина в медицинском халате, с уставшим взглядом.

— Добрый вечер, Светлана Александровна. Меня зовут Роберт Германович, я лечащий врач вашего супруга, и по совместительству заведующий отделением. – от удивления вместо приветствия кивнула, и постаралась скрыть растерянность. – Немного введу вас в курс дела. Не стану скрывать: состояние пациента стабильно тяжёлое. Мы провели трепанацию черепа, удалили гематому, которая послужила причиной комы. Операция прошла успешно, повреждений головного мозга нет. Так что можно сказать, что ваш супруг родился в рубашке. Но прогноз давать не берусь. Кома – состояние непредсказуемое. По всем показателям, он уже должен был из неё выйти, но увы. Повреждений на теле достаточно много. Все с правой стороны – куда пришёлся удар: сломаны несколько рёбер, предплечье и бедренная кость. Перелом ноги сложный, но не критичный. Восстановим. Внутренние органы в порядке – спас мощный мышечный каркас.

— Что вы намерены делать дальше, если он в ближайшее время не очнётся?

— Будем продолжать терапию. Так же я уже связался с коллегой из Германии, отправил ему снимки. Возможно, он что-то посоветует. А пока остаётся лишь ждать… Вы можете навещать супруга в любое время, кроме утренних часов – с девяти до одиннадцати у нас врачебный обход.

— Я бы хотела остаться здесь, с ним.

— Светлана Александровна, в этом нет необходимости, вы ему ничем не поможете, только сами намучаетесь.

— Роберт Германович, пожалуйста… хотя бы первое время…

Мужчина устало вздохнул.

— Но вы же понимаете, что мы не сможем обеспечить тех условий, к которым вы привыкли? Здесь больница, а не гостиница. Могу предложить вам только кушетку. – мужчина указал на названый предмет, притаившийся у стены.

— Мне подойдёт.

— Хорошо. Но во время обхода вам придётся покидать палату.

— Я согласна.

— Ну что ж, пойду отдам распоряжение на ваш счет.

Мужчина пошёл на выход, но у двери остановился.

— И ещё. Чтобы находиться рядом с больным, вы должны быть ему либо близкой родственницей, либо женой. Поэтому постарайтесь играть роль супруги более убедительно.

Смутилась и кивнула.

После ухода врача, выглянула в коридор. Охранник сидел на стуле рядом с дверью.

— Дмитрий, вы не могли бы мне найти стул?

Парень отдал свой, и ушёл искать ему замену.

Устроилась у постели «супруга» и набрала папу: