Книга Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха, страница 292 – Александр Вайс

Скат-ласточка заворочался, пытаясь расправиться на земле, из него подтекала синяя кровь на основе меди, а не железа. Он упал на склон кратера и был полностью открыт нам, Эльза не собиралась его щадить, и очередная молния попала уже прямо по тонкому телу. Оно буквально свернулось в клубок, скрючившись в судорогах, и замерло.

— Может, и правильно, еще мстить придет потом, – вздохнул я. – Жаль трофеи не забрать.

— Но лучше отсюда уйти. Собираем все съедобное и перелетаем, – предложил Рейн и, сполоснув крупную желтую ягодку, закинул в рот. – Едва сладковата, в целом на вкус как вата. И шкурка крайне грубая.

— Главное, что съедобны, – я тоже принялся жевать. Справка по осколкам всегда с собой. – Эльза, не быть тебе шеф-поваром пятизвездочного ресторана.

— Завались, – буркнула она. – Мы тут в смертельной опасности, а ты шутишь. Нападет монстр посильнее и… даже звать на помощь некого.

— Не накручивай себя, – спокойно ответил я, вгрызаясь в жженое грубое мясо. – И когда еще шутить? Зато пока ты свободна, и сейчас, пожалуй, даже в безопасности подальше от разборок Домов. Взгляни с этой стороны. Все будет хорошо.

Девушка выдохнула и кивнула.

— Постараюсь не думать об этом, спасибо.

В общем, мы перекусили и напились впрок. С Рейном перелетели в сторону от битвы в более безжизненное место и затем разлетелись по направлениям. Надеюсь, нам не попадется осколок большого или огромного типа. В таких между разломами могут быть сотни километров. У нас нет ресурсов столько носиться искать разломы вдвоем, особенно если они будут мало пригодны для жизни.

Мой облет ничего не дал, зато вдоволь насмотрелся на землю одновременно снизу и сверху. Когда висишь «между ними» – вид восхищал. А вот вернувшаяся Эльза обрадовала.

— Нашла, но ночной. Надеюсь, у тебя что-то дельное? Или обыскиваем другой сектор?

— Я высоко летал и внимательно оглядывал. Три на этот осколок – обычное число, может, есть и четвертый в дальнем конце… но вектору движения он плохо соответствует. Ну а ночной – это же хорошо.

— Еды нет, холод, – напомнила Эльза.

— И шикарно видно разломы издали, – хмыкнул я. – А еще разломы в том месте могут соответствовать вектору на движение к знакомому нам лесу.

— Либо отдалять, – заметил Рейн. – А какой осколок?

— Непонятно, но что-то светится, я побоялась одна заходить. Фон маны точно высокий.

— В ночном осколке с высокой маной… много дряни может жить, – засомневался Рейн.

— Может, или он пуст и безопасен. Вопрос в искажении, – согласился я. – Попробуем двинуться и проверить. Если поймем, что это за осколок, сможем лучше определить направление. Если что, быстро вернемся сюда.

— А вдруг… врата закроются, и мы в ночном осколке потеряемся… – забеспокоилась Эльза.

— Не потеряемся. Там, даже если много источников света, найти разлом проще будет… Ты что, темноты боишься?

— Нет, – сказала она, но взгляд как-то отвела, а я улыбнулся. – Нет, я сказала!

— В этом нет ничего такого. Мы существа, живущие под светом, – также добавил Рейн.

Эльза стиснула зубки.

— Ладно, самую малость. Это логично, ведь в темноте мы видим плохо, к нам могут подобраться враги, а мы даже не заметим. В таких осколках многие существа отлично скрываются. Мага света с нами нет, только фонарики жечь.