Книга Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха, страница 249 – Александр Вайс

За бортом всего минус пять, давление нормальное, кислород в норме, вредных примесей пока не обнаруживается. Зато тело резко полегчало из-за семидесяти процентов гравитации.

— Милые дамы, Рейн, Ингрид, приятной разведки, – хмыкнул я. И, услышав посланное в спину крепкое ругательство коротышки, шагнул вперед и запустил движок. Визор сначала стал глухим высококачественным экраном и перешел в режим инфракрасного зрения. Вот только он в основном бесполезным оказался – температура объектов, кроме кристаллов, отличалась столь мизерно, что без дополнительного фонарика почти не давала картинки. И все же я поднялся на сотню метров и огляделся.

Большая часть осколка – мегаполис и его пригород. Тепловых сигналов не обнаруживалось, электромагнитных излучений тоже нет, следы ауры по нулям. Впрочем, они могут быть просто заглушены «тьмой». Ну и тишина – совершенная, абсолютная.

— Хах… я дома.

Перевел визор в режим дополненной реальности. Теперь радары и оптические инфракрасные сенсоры сканировали местность, а компьютер обрабатывал это, превращая в трехмерную модель, что накладывалась на зрение. Таким образом, я как бы видел подсвеченные силуэты объектов на достаточно близкой дистанции. Зеленые, немного колеблющиеся контуры. Так удобнее, тем более светящиеся кристаллы много где давали достаточно мягкого света, глаза быстро привыкли к темноте.

Пора искать интересности. Если найду – заплатят больше. Ресурс движка так себе, но его накопители подзаряжает реактор скафандра, который расходует крайне энергоемкий экзотоп плутония очень медленно. Он миниатюрный, мощности для поддержания полета не хватит, на то и нужен накопитель. Без крыльев не останусь.

Я снизился и медленно, позволяя скафандру все подробно записывать, летел над частным сектором. Типовые домики с минимальными отличиями. Если что-то и различалось, то время и Тьма все стерли. Это не энергия разрушения, но за тысячи лет энергетическая эрозия Тьмы не могла не подпортить материалы. И, конечно, на земле обнаруживались трупы.

Крепкие каркасы многих домов устояли, я выбрал случайный и осторожно подошел к одному, включив фонарик. Впрочем, белые кристаллы росли и тут. В основном просто валялись на земле. Я даже взял один: очень легкий и небольшим усилием руки расколол его. Кристалл захрустел как разгрызаемый леденец.

Светящиеся обломки и мелкая мерцающая пыль полетели на землю. Мельчайшие частички испарялись, остальные же продолжали мягко светиться.

Я перевел взгляд на стальную дверь – заперта. Впрочем, это для меня не проблема.

Замахнувшись, утяжелил перчатку руки, сработало усилие от псевдомускулов доспеха. Дверная рама прогнулась и лопнула, но дверь не улетела на пол. Что-то ее остановило.

— Забаррикадировали, значит…

Я уперся в дверь и стал с силой толкать. Изнутри раздались треск и скрежет по полу. Под дверь наставили всякого хлама, вроде тумбочек, гантель, упертых в пол швабр…

Фонарик высветил мрачно выглядевший коридор: голубая краска на стенах облупилась и опала на пол вместе с кусками гипсового потолка. Тут и там светились белые кристаллы.

Я аккуратно пошел по хрупкому, отчаянно трещавшему паркету, осматривая комнаты. Окна заколочены досками, многие шкафы опустошены. Нашел и старый планшет, но там давно все деградировало и померло.