Книга Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха, страница 102 – Александр Вайс

Вокруг раздавались крики, твари уже бежали за парой замешкавшихся людей, и я бросился им наперерез, бросая сферы холода и стреляя из игольника в левой руке. Почти всегда держу пистолет в левой руке. Правая – для меча.

Внимание монстров переключилось на меня, отлично. Одну тварь я уже задавил магией и пистолетом, пока бежал. Вторая хотела было меня куснуть, но я легко сманеврировал правее.

Контроль массы – четырехкратная.

Легкий клинок в момент удара стал тяжелым, и рука отдалась напряжением от удара. Пылающий огнем артефакторики меч перебил костяной гребень на спине, уйдя внутрь. Лысая псина взвизгнула и распласталась, дергая лишь передними конечностями. Скоро умрет. На меня бегут еще твари. Разбрасывают сгустки тени, и я уклоняюсь. К счастью, люди уже убежали, и теперь все монстры сосредоточились на мне.

Пару шагов вперед, и горизонтальный удар располовинил голову прыгнувшей твари точно по челюсти. Пока брызжут фонтаны крови, направляю поток холода в морду другой и просто пинаю ее ногой, заставив кувыркнуться. Резкий выпад и острие пронзило грудную клетку.

В меня бьет еще магия тени, еще трое. Иглы вылетают из пистолета на предельной скорости, но пробить щиты и серьезно ранить монстров одним попаданием не способны. На бегу целиться в ловких тварей сложно, у пистолета даже нет синхронизации с визором, чтобы видеть, куда он направлен.

Ядро холода запускает вокруг непрерывный стихийный ураган. Я влетаю в стайку с пылающим артефактным клинком, рубя и закалывая. Гортанный рык быстро превратился в болезненный скулеж – все трупы. Я же бегу сразу в осколок. Там могут быть еще твари, и лучше устраивать бои не в черте города. Кто боится разломов – убежит. Кого он привлекает – вероятно, и так пройдет.

А еще я смогу вытащить Дирнуин… или нет. На костюме есть камера и она автоматически включилась, когда появились признаки битвы. Тут нет даже имина – имитатора интеллекта без самосознания, их разработка запрещена под страхом казни причастных и низвержения Дома, но простейших алгоритмов достаточно. Надо будет вырубить эту функцию… хотя сейчас это мне поможет.

Влетаю в белое свечение, уже примерно зная, где окажусь. По телу проходит короткая волна странных ощущений, как будто меня мутит, и я появляюсь посреди густого леса. Косые лучи бьют сквозь деревья, тут солнце довольно низко над горизонтом. Благодаря фильтрам шлема запахов не чувствую, зато прекрасно слышу рык десятка тварей, еще не прошедших в разлом.

— Нападайте уже, шавки! Или мне за вами гоняться? – крикнул я, шагая на них. Резкий звук стал командой к атаке, причем не бездумной.

Стая взяла меня в полукруг, за спиной оставался разлом. Я же рванул в лобовую на первую тварь и тут же резко прыгнул влево, снося передние лапы прыгнувшего на меня шипастого волка. Отскакиваю назад: одновременные выстрелы из игольника и поток холода сбивают щиты еще одного. Иглы пробивают черепушку, одна целиком уходит в глаз.

Стая пытается меня окружить и атаковать одновременно с двух сторон. Останавливаться нельзя, а потому вновь прыгаю вперед, косым ударом вскрыв горло пятившегося уродца, сверлящего меня четырьмя мелкими темными глазками.

Слишком слабы. Я просто разрывал щенков утяжеляемыми ударами. Вот только хреновое лезвие тупилось, да и пламя было слабовато, даже не сравнить с Дирнуином. Нужен меч получше, чтобы маскировать применение Дирнуина.