Книга Чужое лицо, страница 189 – Михаил Тут

Первый прошёл мимо моего укрытия.

Я ударил снизу, под рёбра, туда, где заканчивалась кольчуга. Нож вошёл глубоко, но мужчина в последний миг повернулся. Лезвие скользнуло по ребру. Велесович закричал, отшатнулся и рухнул на бок, прижимая ладони к ране.

Второй протрезвел сразу.

Меч оказался у него в руке прежде, чем я успел выдернуть нож. Не пьяный гуляка — воин, которого учили с детства. Он не махал клинком и не полез вперёд с криком. Отступил на полшага, освободил себе место и коротким движением рассёк мой плащ.

Я выхватил меч.

Ускорения не было. После большого отката внутри осталось почти пусто. Только две руки, три месяца обучения и человек напротив, который держал оружие дольше, чем я жил в теле Святослава.

Он сразу это понял.

Первый удар я отбил. Второй прошёл по рукаву и разрезал кожу на предплечье. Третий ударил в кольчугу под ключицей так, что я потерял дыхание и врезался спиной в стену.

Я попытался сократить расстояние, но он встретил остриём. Пришлось отступить. Мой меч был тяжелее, движения — шире и медленнее. Велесович работал кистью, не тратил сил и каждый раз возвращал клинок между нами.

— Кто тебя послал? — спросил он.

Я промолчал.

Он сделал ложный выпад, заставил меня опустить клинок и тут же полоснул по плечу. Кольчуга задержала лезвие, но кольца лопнули, под ними стало горячо.

Я понимал, что проигрываю.

Раненый за моей спиной застонал. Я решил, что он уже не встанет, и ошибся.

Пальцы вцепились в мой сапог.

Меня дёрнуло назад. Я потерял равновесие, опустился на колено. Велесович шагнул вперёд и ударил сверху. Я успел подставить меч, но клинок соскользнул по гарде и рассёк кожу у виска.

В глазах вспыхнуло.

Раненый продолжал тянуть меня за ногу. Второй приготовился к новому удару.

Я пнул назад, попал каблуком в лицо первому, но тот не отпустил. Тогда я сам рухнул на бок и рванул ногу к себе. Раненого потащило следом. Он оказался между мной и мечником.

Тот на мгновение задержал удар, чтобы не проткнуть своего.

Мне хватило.

Я отбросил меч, схватил его вооружённую руку обеими ладонями и дёрнул на себя. Мы упали рядом с раненым. Велесович ударил меня лбом в переносицу. Хрустнуло, из глаз брызнули слёзы. Он вывернул кисть, почти освободил клинок.

Я вцепился зубами в основание его большого пальца.

Он закричал и разжал руку.

Меч упал в снег.

Мы покатились по двору. Он был сильнее и умел бороться. Прижал меня плечом, потянулся к ножу на поясе. Я ударил его головой в лицо. Раз. Второй. На третий раз он отвернулся, и я вдавил большой палец ему в глаз.

Он завыл, дёрнулся назад. Я выхватил нож раньше.

Лезвие легло поперёк горла.

Можно было ударить в сердце. Быстрее, чище. Я не захотел.

Провёл ножом от уха к кадыку.

Кожа разошлась. Велесович обеими руками схватился за шею, но кровь сразу полезла между пальцев. Он попытался вдохнуть и захлебнулся. В горле забулькало. Ноги били по снегу, взгляд метался, пока не остановился на мне.

Я держал его за волосы и смотрел.

Не просто ждал смерти. Наслаждался тем, как страх в его глазах сменяется пустотой.

Метка приняла жизнь, и удовольствие стало ещё сильнее. Тепло вошло под сердце, заполнило часть выжженной пустоты. Хотелось держать его дольше, чувствовать, как последние удары уходят в знак.

За спиной заскребли по снегу.