Книга От куртизанки до принцессы, страница 14 – Айрин Валери

— Ну, дорогой друг, тогда по рукам, — произнёс Дикинс и противно хихикнул.

Они ударили по рукам. Звук их рукопожатия эхом отозвался во мне, словно печать, поставившая точку в чьей‑то судьбе.

В душе всё ходило ходуном. Меня словно ударило током — тело покалывало от напряжения, а мысли метались, как птицы в клетке.

«Так, — твёрдо сказала я себе, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Я здесь не для праздного веселья. У меня тут есть дело!»

Взгляд невольно метнулся к дальнему концу зала, где в окружении придворных стоял принц — высокий, статный, с горделивой осанкой.

И в этот миг решение окрепло: я не позволю, чтобы меня продавали, как вещь. Я сама выберу свою судьбу.

— Простите, разрешите пригласить вас на танец? — услышала я бархатистый голос, мягкий и обволакивающий, словно шёлковая лента.

Повернувшись, я увидела его — ошибку номер два. Передо мной стоял мужчина, чья внешность, без сомнения, могла очаровать любую даму: высокие скулы, идеально очерченный подбородок, густые тёмно русые волосы с лёгкой проседью у висков, уложенные с нарочитой небрежностью. Его глаза — глубокого карего оттенка — смотрели с обезоруживающей теплотой, а на губах играла учтивая улыбка. Костюм сидел безупречно, подчёркивая стройную фигуру, манжеты украшали дорогие запонки, а от него самого веяло ароматом дорогого парфюма с нотами сандала и бергамота.

— Моё имя Эдвиг Эверли. Вы так прекрасны — составьте мне компанию, — произнёс он с лёгким поклоном, и голос его звучал так искренне, что менее опытная дама наверняка растаяла бы.

Но не я.

«Ну конечно, это он. Эверли», — пронеслось у меня в голове. Мой опытный взгляд мгновенно подметил детали, которые выдавали его истинную натуру: чуть слишком пристальный взгляд, оценивающий, а не восхищённый; едва заметная презрительность в изгибе губ; и эта нарочитая учтивость — слишком гладкая, слишком отточенная, будто заученная наизусть. На его лице, как на вывеске, было написано: «Альфонс».

— Конечно, — я улыбнулась приторно‑сладкой улыбкой, в которой не было ни капли искренности.

Я для себя поняла, что его ноги сегодня моя мешень, по которой я буду бить каблуком точно в цель, с полной силой своего веса.

Он взял мою руку — элегантно, с отточенным изяществом, будто репетировал этот жест перед зеркалом сотни раз. Пальцы его были тёплыми, но прикосновение показалось мне липким.

Мы вышли на паркет. Музыка заиграла, и я позволила ему вести, но в каждом движении таилась моя маленькая месть. Раз за разом, с расчётливой точностью, я опускала каблук — не случайно, нет, а прицельно, с полной силой своего веса, прямо на его лакированные туфли. Он заметно морщился, но продолжал улыбаться, делая вид, что ничего не происходит.

После танца я отступила на шаг, одарила его прощальным кивком — всё с той же сахарной улыбкой — и, довольная результатом, направилась прямиком к принцу. Эдвиг остался позади, потирая ногу и глядя мне вслед с недоумением, которое наконец‑то пробилось сквозь его безупречную маску.

Глава 4. Принц

— Прошу, принц, у меня к вам есть разговор, — произнесла я, встретившись взглядом с юношей, стоявшим передо мной.

Красивый юный принц — ровесник Лаури, но не мой. Для меня он был скорее как сын: в его чертах ещё сохранялась юношеская непосредственность, но уже проступала стать будущего правителя.