Книга Колдун не спрятался, я не виновата!, страница 73 – Маргарита Блинова

Спасибо, Дарен.

Что? Так сложно было потерпеть со своей разработкой до возвращения в столицу? А теперь я полностью беззащитна перед этим без пяти минут коронованным гаденышем. Если только пнуть и швырнуть вазой в эту капризную физиономию.

Хотя нет. Не выйдет. Единственную вазу я уже швырнула в колдуна. Так что остается только пнуть. Да посильнее.

Каллиан, даже не догадывающийся о моих кровожадных намерениях, чуть сдвинулся и подытожил:

— Ладно, давай не будем затягивать эту сцену, Миранда. – Он приложил руку к груди и на его пальце засветился массивный перстень с родовой печатью королевской семьи. – Именем короны я конфискую дра…

БАХ! – на голову будущего короля обрушился алый гримуар.

Заорав от боли, тот слегка пошатнулся и схватился руками за поверженную силой бумажного слова голову.

— Какого… – выдавил он, и тут уже я воспользовалась моментом замешательства.

Подскочила и таки врезала.

Коленом.

По самому нежному.

— А-у… – тоненько взвизгнул принц, отпуская голову и хватаясь за королевский причиндал.

Не в силах справиться с болью, он упал на колени и скорчился в три погибели, завывая и страдальчески гримасничая. Я бросилась к тумбочке, чтобы вооружиться торшером, которым планировала окончательно приголубить несостоявшегося супруга, но не успела. Дарен Чейз отмер.

Одной рукой он подхватил штаны, другой послал в брата светлую искру. Каллиан замер в любопытной позе. На коленях, уткнувшись лбом в гостиничный ковер, зажав одну руку между ног, а другую опустив на пол.

Не теряя времени, Дарен быстро наклонился над братом и стащил с его руки все еще светящийся родовой перстень. Перстень мгновенно погас и оказался выброшен в открытое окно, а светлый колдун направился ко мне.

Легко перехватил руку с торшером, отбил невидимым щитом алую искру и навис сверху.

— А вот теперь притуши пламя, угомонись и секунду послушай, – мягко, но непреклонно сказал он.

И вот никогда не была послушной девочкой, а тут почему-то послушно кивнула.

Дарен отобрал торшер и вернул его на место. Встал практически вплотную. Обхватил ладонями лицо, заставил посмотреть в глаза и серьезно сказал:

— Миранда, ты все слышала. Корона не даст вырастить дракона ни тебе, ни уж точно мне. Ты или добровольно отдашь его принцу, или станешь его женой. Других вариантов король не предложит.

— Но ковен. Он обязан заступиться, – вяло запротестовала я.

— Стоит ковенам узнать о существовании живого дракона, как они перегрызут друг другу глотку за право обладать им, – спокойно ответил Дарен. – Каллиан верно заметил: дракон – это оружие. Пока светлый и темный ковены будут с пеной у рта доказывать друг другу, что у них больше прав, король вмешается и под благовидным предлогом заберет его себе. А то, что хотя бы раз попало монарху в руки, никогда не покидает пределов замка.

Дарен нежно провел кончиками пальцев по моим щекам, опустил руки и с неожиданной грустью в голосе сказал:

— Поверь мне, я знаю, о чем говорю, Миранда.

Прикусив нижнюю губу, я внимательно слушала то, что говорил Дарен Чейз, и, к своему глубокому неудовольствию, соглашалась, а местами даже мысленно кивала.

Последняя магическая война была развязана из-за какой-то глупости. Многие годы после ковены пытались жить в мире и справедливости. С переменным успехом, но все же пытались. Если завтра я с новорожденным дракончиком на руках радостно прискачу в родной ковен, то светлые посчитают такой расклад несправедливым. Начнется негатив, грызня, угрозы и обвинения. С новой силой вспыхнет давняя вражда, и пошло-поехало.