Книга Колдун не спрятался, я не виновата!, страница 106 – Маргарита Блинова

Просто глянули с благоговейным «ну ты, конечно, и ведьма».

— Миранда, подожди.

— Уйди, колдун, не видишь – женщина в печали, – отмахнулась я, медленно шагая в сторону деревни троллей.

Нейтон делал вид, что ему нравятся виды и неспешные прогулки на почтительном расстоянии от печальной ведьмы. Вот сразу видно: умный мужик. Чего нельзя сказать про Дарена Чейза.

Такое чувство, что светлому колдуну боги забыли отсыпать пригоршню здравомыслия. Чем еще объяснить тот факт, что он с настойчивостью жужжащей мухи кружил вокруг и все пытался вызвать меня на разговор?

— Миранда, – настаивал мужчина, – дай я все тебе объясню.

— Дарен, отстань! – не выдержала я, прижала притихшего Арчи к груди и красноречиво вспыхнула.

Светлый нехотя вспомнил об инструкции по технике безопасности с горящими ведьмами. Отошел на десять шагов, где его и нагнал многоликий. Оставив мужчин за спиной, я шагала меж камней и кочек, полыхая, аки огромный живой факел, и самозабвенно страдала.

Страдала по маленькому дракончику, которого не было. Прощалась с иллюзиями о комфортной жизни со светлым колдуном под одной крышей. Ругала себя последними словами за непростительную доверчивость.

Короче, вела себя как обычная расстроенная женщина на грани ямы с надписью «Депрессия».

Только полыхающая огнем.

Но это мелочи.

А еще я понятия не имела, что делать дальше?

Мне нравился Дарен. Мне подходил его темперамент и вдумчивое спокойствие, которое уравновешивало мою взрывоопасную сторону. Меня зажигали его действия в постели. И, чего уж там, восхищала продуманность.

Дарен был светлым колдуном. Хуже всего то, что я любила его. Так сильно и отчаянно, как только умеет любить ведьма неподходящего мужчину. У меня даже желания злиться на него не возникало. Ведь не придумай колдун весь этот сюр про последнего драконенка, чудом вылупившегося из окаменелого яйца, мы никогда бы не сбежали. Никогда бы не стали жить вместе. Никогда не сблизились настолько. И никогда-никогда-никогда не признались друг другу в чувствах.

Сплошная стена из бесконечных «никогда».

Я так увлеклась страдашками, что не заметила, как вошла в деревню. Перепугала троллей (какие-то они чересчур впечатлительные для репутации грозных и беспощадных). Случайно подожгла чьи-то порты, сушившиеся на веревке (а чего они вид портят?).

Возле калитки я нехотя потушила пламя и решительным шагом двинулась к дому, где провела много насыщенных дней.

— Миранда, – вновь попытался заговорить со мной Дарен.

Проигнорировала. Отвернулась. Дернула входную дверь.

— Ну наконец-то! – с облегчением выдохнул Луи-Антуан, поворачивая ко мне морду. – Где вас так долго носило?

Проигнорировав громкое сопение оставленного без внимания колдуна, я сделала шаг, повернулась на голос и с удивлением обнаружила Луи-Антуана.

Потеснив шапку и сложенный шарф, королевский библиотекарь с важным видом сидел на полке, висевшей над вешалкой для верхней одежды. Рядом высилась стопка черновиков, из которых котейка складывал бумажные самолетики.

— Ты что делаешь? – возмутилась я, осматривая заваленный клочками бумаги пол.

Присмотрелась и обнаруживая под обувницей… розового дракона, с остервенением разрывающего пойманный бумажный самолетик!

— Мелкий? – Я глазам своим не поверила.

— Он самый, – кивнул кот с полки и пожаловался: – Ой, Миранда! Я так с ним задолбался. Это не дракон. Это какое-то глупое недоразумение.