Книга Новая жизнь Аделин, страница 72 – Елена Княжинская

Я мечтала хотя бы один день проснуться и не думать о том, где взять продукты, что придется продать, чтобы пополнить казну, как убедить людей не ждать милости богов, а самим начать заботиться о себе. Я безумно устала быть сильной, нести за всех ответственность и меньше всего хотела сейчас выслушивать очередные жалобы.

— Зато ты стараешься за двоих, – ответила сестре. – Жаль, что все усилия пропали даром.

— Посмотрим, – улыбнулась Агнес. – Время еще есть.

С ней невозможно было говорить. Отчасти я даже завидовала ее уверенности в себе.

— Смирись, – ответила ей. Встала из-за стола. – Мы обе проиграли, Агнес. Наше пребывание здесь затянулось. Пора подумать о том, как мы будем жить дальше, вместо того чтобы цепляться за призрачные надежды.

Убеждала прежде всего себя, а не сестру. Сама вела себя не лучше. Бросалась из крайности в крайность: то собиралась уехать и начать жизнь на новом месте, то делала все, чтобы помочь марке, хотя никто об этом меня не просил. Бросить ее жителей на произвол судьбы не позволяла совесть. Сердце не соглашалось с тем, что вдали от Рихарда мне будет лучше.

— Ты права, – прервала затянувшееся молчание Агнес. – Хорошо, что ты осознаешь, как зыбко наше положение, не хуже меня. Жаль, что заботишься больше о чужих, чем о себе. Ты еще молода и можешь быть счастлива. Подумай об этом, Линни. Не держись за прошлое.

Я думала, меня уже не удивить, и снова ошиблась. Но неожиданная забота Агнес настораживала, вызывала скорее тревогу, чем желание поблагодарить ее. Сестра определенно что-то задумала. Весь этот бессмысленный, на мой взгляд, диалог вела только ради того, чтобы прощупать почву. Знать бы чего ждать, чтобы успеть подготовиться к неприятностям.

Она ушла, а я еще какое-то время провела в трапезной, но так и не притронулась к остывшей пище. Ощущение того, что скоро что-то случится, не отпускало. Наверное, потому я после долго не могла уснуть. Ворочалась в постели, перебирала в памяти события прошедшего дня. Искала хоть какую-то зацепку и не находила. Еще и аппетит на ночь глядя разыгрался.

Устав бороться с собой, надела поверх ночной сорочки домашнее платье. Не стала затягивать шнуровку на груди по всем правилам. На первый взгляд прилично, а смотреть на меня в это время суток некому. Слуги, закончив дела, уже спали. Стражники, что несли караул, сменяется только через несколько часов.

Я взяла подсвечник и отправилась на кухню. Сбежала по лестнице, наслаждаясь свободой: никто не следил за моим поведением, не давал советы и рекомендации, не смотрел косо. Мысленно танцевала, предвкушая поздний ужин, когда заметила полоску света, пробивавшуюся из-под двери. Замедлила шаг, подкралась на носочках, прислушалась.

— Я тоже так думаю, – согласился Готфрид. Любопытно, о чем он говорил. – Не нравится мне это.

— Как и мне, – ответил Рихард. – Вы говорите, прежде, до моего приезда, было спокойнее?

— Какие-то мелкие стычки, драки всегда случались. Все мы люди. Но так, чтобы кто-то нарочно…

— Подождите, у нас гость.

Попалась! Решила, было, бежать, пока маркграф не поймал меня с поличным. Даже развернулась на сто восемьдесят градусов и передумала. Мне нечего скрывать, в отличие от мужчин, сидевших на кухне.

Дверь открылась за мгновение до того, как я протянула руку, чтобы толкнуть ее. Рихард отступил на шаг, пропуская меня. Готфрид попытался встать. Я покачала головой, и он опустился на лавку. За этим столом ели стражники и слуги, но командир не считал зазорным сидеть с ними рядом.