Книга Спутница орков, страница 88 – Татьяна Демидова

— Как получилось, что вы дружите? — спрашиваю я, когда взгляды всех троих задерживаются на мне.

— Это не дружба. Это — тугхаррат, — называет Янар орочье слово. — У людей нет такого. Ближе всего по значению… сотрудничество, или боевое братство. Вырастает из детских тренировок. Для каждого из нас внутри племени сверстники очень быстро перестали быть ровней. Отцы искали тех, с кем мы могли бы тренироваться на равных. Нашлись в других племенах. Старшие сыновья вождей.

— Я думала, племена далеко друг от друга.

— В глубине степи есть большой… скажем так, город, Урхиал-Айлх. Очень большая постоянная стоянка. Племена уже давно не разрознены, и вожди предпочитают жить в Айлхе, оттуда удобно всем управлять. Так что мы росли вместе.

— И что, вы сразу подружились? — тут же спрашиваю я, настолько это всё мне интересно.

— Поначалу непросто было, — усмехается Тахир. — В двенадцать лет Оларх постоянно вызывал меня на бой без правил.

— Ты жутко раздражал, — бросает на него мрачный взгляд Оларх. — Слишком много болтал.

— А ты всегда молчал, — тут же прищуривается Тахир. — И бесил этим дико. С Янаром хоть что-то обсудить можно было.

Оларх едва заметно улыбается уголком губ и поясняет мне:

— За нашими боями всегда Янар следил. А когда видел, что вот-вот покалечим друг друга, разнимал. Нас обоих раскидывал играючи.

— И как же так получилось, что вы стали… — затрудняюсь я вспомнить названное мне орочье слово.

— Тугхарами? — подсказывает Тахир и тут же поясняет: — Это больше, чем дружба. Не побратимы ещё, но намного больше, чем друзья. Те, с кем охотно делишь и путь, и еду, и кров. Кому подставишь спину, не задумываясь.

На мой вопрос вдруг отвечает Оларх.

— Тахир однажды мне задал вопрос, — в его низком голосе появляются тёплые ноты. — Почему мы даже вдвоём не можем одолеть одного Янара.

— Точно, — подхватывает Тахир, широко улыбаясь. — Ты подумал-подумал, и предложил тренироваться вдвоём. Тогда и выяснилось, что когда мы заодно, у Янара нет шансов.

Янар улыбается краешком губ.

— Вы сильные воины. Я многому учился у вас.

Я улыбаюсь и продолжаю расспрашивать. В основном рассказывает Тахир, и это невероятно интересно.

Костёр трещит, начинает темнеть, а я вышиваю в свете светящегося камня, который пристроил рядом со мной Янар. И слушаю, как они втроём подростками пошли в горы и встретили снежного духа.

Янар иногда поправляет Тахира, да и Оларх изредка вставляет «не так всё было».

А потом Тахир заворачивает такое, что я смеюсь от души, запрокинув голову.

Смеюсь, и всё никак не могу успокоиться. А потом смотрю на Янара с Тахиром, и по всему телу жаркой волной обдаёт от того, как они на меня смотрят. Тяжёлыми, горящими мужскими взглядами.

— Красивый смех у тебя, — пристально глядя на меня, произносит Янар. — Всё время серьёзная такая. Думал, не скоро услышу. И услышу ли.

Смущаюсь, и Янар встаёт и говорит, что сейчас стемнеет, и надо готовиться ко сну.

Мужчины быстро распределяют очередь, кто когда будет оставаться на страже. Тахир вызывается первым, Янар отдаёт вторую очередь Оларху, а сам берёт самую сложную часть ночи перед рассветом.

Тахир и Янар отходят к коням, достают из седельных сумок несколько покрывал, а я поворачиваюсь к Оларху. Я очень хочу спросить, но как, с чего начать…