Книга Адепты Формы, страница 33 – Ярослав Кирилишен, Алена Ламберт

— Потому что это зависит от того, что вы просили, — объяснил Антон. — Вы просили спасти компанию. Сохранить бизнес. Защитить репутацию семьи и вашу жизнь. Это большая просьба. Цена будет соразмерной.

— Что это значит? — голос Элизы дрожал. — Он… он умрет?

— Не обязательно, — смягчил Антон. — Но через тридцать лет — когда ему будет сорок пять — что-то произойдет. Болезнь. Несчастный случай. Потеря чего-то важного. Форма заберет эквивалент того, что дала вам.

Фрау Тальхайм закрыла лицо руками. Плечи задрожали. Она плакала. Беззвучно, но отчаянно. Сара осторожно придвинулась, положила руку на плечо Элизы. Антон ждал, давал ей время прожить это осознание. Через минуту Элиза подняла голову. Лицо мокрое от слёз.

— Что мне делать? — прошептала она. — Можно ли… отменить? Вернуть? Заплатить самой вместо него?

Антон вздохнул. Этот вопрос он задавал себе тогда — шесть лет назад.

— Есть способы, — медленно попытался успокоить он. — Но они сложные и не всегда работают, — он посмотрел ей в глаза. — Организация, которую мы представляем, называется орден хранителей. Доминиканцы. Мы изучаем Форму. Помогаем тем, кто попал в ее механизм. Не всегда можем разорвать цепь. Но иногда можем найти… альтернативы.

— Вы поможете мне? — в голосе Элизы прозвучала мольба.

— Мы попытаемся, — поддержал Антон. — Но сначала нам нужно понять, кто прислал вам это письмо. Кто знал о вашем кризисе? Кто хотел, чтобы вы обратились к Форме?

Элиза смотрела на него, не понимая.

— Разве это важно?

— Да, это очень важно для вас и для других людей, — пояснила Сара. — Факты показывают, что кто-то специально создал ваш кризис, кто-то спровоцировал иск, кто-то манипулировал Мюллером. Всё это срежиссировали, чтобы довести вас до точки отчаяния.

Фрау Тальхайм замерла.

— Но… зачем?

— Это мы и пытаемся выяснить, — просто подытожил Антон.

Тишина. Долгая, тяжёлая. Потом Элиза медленно выдохнула.

— Значит, кто-то использовал меня. Мой страх. Мое отчаяние, — ее голос стал жестче. — И теперь мой сын заплатит за это.

— Если мы ничего не сделаем — да, — кивнул Антон. — Но мы собираемся что-то сделать. Найти тех, кто стоит за этим. Остановить их. И, возможно, найти способ защитить вашего сына.

Элиза смотрела на него долго. Оценивала. Решала, верить или нет.

Потом кивнула.

— Что вам нужно от меня?

Машина ехала обратно в центр Мюнхена. Дождь не прекращался, казалось, небо решило вылить всю воду разом. Стеклоочистители работали на максимальной скорости, но всё равно едва справлялись.

Антон смотрел в окно, но не видел дороги. Перед глазами стояло лицо Элизы. Побледневшее. Со слезами. С этим отчаянным вопросом: «Что мне делать?».

Он знал это лицо. Видел его в зеркале шесть лет назад.

— Ты уверенно вел с ней разговор, — Сара неожиданно прервала общее молчание.

Леван повернулся к ней.

— Что?

— С Элизой. Ты знал, что делать. Как спросить. Когда надавить, когда отступить, — Сара бросила на него быстрый взгляд. — Это потому, что ты прошел через то же самое?

Антон кивнул.

— Легче понять человека, если ты побывал на его месте.

— И это помогает? — спросила Сара тихо. — Понимание?

— Иногда. Иногда делает только больнее, — Антон потер переносицу. — Потому что ты знаешь, через что она пройдет. И не можешь этого предотвратить.